Чернильница

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Чернильница » Обсуждение произведений, авторов, статей » О МиМе, фокальностях и восхищении


О МиМе, фокальностях и восхищении

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Жили мы, не тужили… царапали свои фанфики и первоглавия по нашим жи понятиям, как и зачем нужно писать, и вдруг!

Как из душа окатило небезызвестной статьёй Рины "Фрези" Грант «Точка зрения персонажа. Фокальный персонаж».

И пошло гулять по графоманским закуткам Ентернета загадочное слово «фокал».
И пошел треск ломающихся копьев. Или клавиатуров.
Кто-то кричит – «Вот! Вот волшебная формула и совсем уж мякотка писательства в чистом виде! Как мы вообще без этих пониманиев раньше жили-творили?» Кто-то возражает – глупость, дескать, и ересь. Классики, сталбыть, не знали этих самых «фокалов», а поглядите, как  писали и какими тиражами издавались!

А действительно – как писали?
Да в том-то и дело, что практически всегда в четком соответствии с этим самым фокалом  *уж простите меня за такую вульгарность – для экономии букв и уменьшения износа клавиатуры я буду именовать эту дисциплину  «фокал», пусть и неверно, но зато кратко* , хотя и не задумывались, скорее всего, о том, как именно это называется.
И причем иногда так мастерски пользовались этим тем, чему не знали названия, что только  склоняю голову – «Мы в восхищении!»

Думаю, совсем уж прозрачные намеки в предыдущем предложении уже совсем  прозрачно намекают – да, сейчас будем об «Мастере и Маргарите». Ой, это же в названии прямо написано? Вот жи… ну да ладно, вы уж простите, не вышло сюрпризу…

Ну так вот. «Мастер и Маргарита». Великий роман великого писателя. Последний роман опального творца. Предтеча городского фэнтэзи. Роман в романе. Альтернативное прочтение Библии. Классика современной мировой литературы. Допишите сами, что пропущенное и не указанное.

Потому что тут вы ж помните – о «фокале».

Хм. Разрешите «якать» и «мнекать»? Так как я буду дальше выражать свое мнение и мои жи мысли\наблюдения.
Так вот. В разрезе этого самого «фокала» «МиМ» — это эталон, ИМХО.

Ну, а теперь вопрос – сколько навскидку вы припомните «фокалов» в  «Мастере и Маргарите»?

Присылайте ваши письма и рисунки по адресу – «Кордон ЗО. Деревня Новичков. Ул. Чернильная. Деду Макару на завалинку до востребования». Или отписывайтесь тут – если вам это интересно, то продолжим эту нашу беседу под неспешные распития рюмок  чая и покуривания «козьей ножки».

С искренней любовью,
Ваш Дед.

Отредактировано dedMcAr (14-03-2017 11:24:16)

+1

2

Неспешно почитываю перед сном своего любимого импортного автора Франка Хэрберта. А именно — "Дюну".
Классику фантастики, крутейший роман со всех точек зрения, а равно и начало длинной саги о планете Арракис.
Обратил внимание, что Великий (без ерничества) Хэрберт, положил на понятие "фокала" такой болт, что аж неудобно временами.
Не могу сказать, что это портит произведение, но глаз временами режет и режет основательно.

Из чего делаю вывод, что баловство с фокалом, это все-таки больше проблемы формы, чем содержания. Хотя, на первый взгляд, все говорит об обратном.

0

3

Для меня любимой и первой книгой, в которой  текст построен на смене фокала, стало замечательное произведение Александра Щеголева и Александра Тюрина "Клетка для буйных". Если не читали, то рекомендую даже сейчас, хотя книга ориентирована на школьников среднего возраста и относится к советскому жанру "педагогическая фантастика". Недавно перечитывала сей шедевр своим детям, пошло на ура) Вот, кстати, что пишет об этой истории Б Стругацкий:

     

Б Стругацкий о "Клетке для буйных"

Откровенно говоря, мне не очень-то нравятся повести из жизни школьников. По-моему, почти все они — какие-то малоправдоподобные. Нормальные, обыкновенные школьники там встречаются редко, зато в них полным-полно удивительных мальчиков и девочек, до такой степени хороших, что в реальной жизни они существовать бы просто не смогли. Не выжили бы.
      Наверное, авторы подобных повестей рассуждают примерно так: «Если мы будем описывать только очень хороших, воспитанных, чистоплотных учеников, у которых полный порядок с учебой, то и наши читатели быстренько сделаются такими же хорошими, воспитанными и успевающими.
      Конечно, было бы неплохо решить таким простым способом все сложные проблемы воспитания, однако пока этого не получается. Количество хороших, воспитанных и успевающих школьников увеличивается не слишком быстро, но зато быстро растет число школьных повестей, которые не интересно читать из-за их сомнительной достоверности.
      Поэтому я с особенным удовольствием рекомендую читателям повесть-сказку Александра Тюрина и Александра Щёголева. Школьники, которые в ней живут и действуют, на мой взгляд, очень похожи на реально существующих. Читатель наверняка обнаружит среди них кое-кого из своих знакомых, если оглядит окрестности пристальным взором или просто посмотрится в ближайшее зеркало.
      Кроме того, авторы еще и люди с воображением. Они окружили своих героев странными и страшноватыми чудесами, так что в результате получилась очень правдивая волшебная сказка.

Конечно, когда я первый раз читала "Клетку для буйных", сравнивать с книгой Булгакова "МиМ" возможность отсутствовала, потому что раздобыть волшебную книгу в то время было практически невозможно (дифициты всякие и лихие времена), а всякие там понятия фокала среднему школьнику были вообще не известны)

К разговору о фокале. Если автор хорошо понимает, о чем пишет, если умело использует смену фокала как инструмент для раскрытия персонажей и сюжета, то читатель так уйдет в текст, что и задумываться не будет: правильно-не правильно, нужно — не нужно — короче говоря, будет просто получать удовольствие от книги. А если автор небрежен, невнимателен, клепает откровенную литературную попсу, то "резать глаз" пытливому читателю будет вообще все. В общем, все литературные приемы хороши и нужны и важны, если они к месту и с умом)
Вести подсчет количества смен фокала у великого Мастера считаю делом бессмысленным, потому что самого понятия фокал на момент написания книги еще не существовало)

Отредактировано Гадость (14-03-2017 20:28:34)

0

4

egituman написал(а):

Из чего делаю вывод, что баловство с фокалом

Гадость написал(а):

Вести подсчет количества смен фокала у великого Мастера считаю делом бессмысленным


А я говорил тебе, старый — сиди у себя на завалинке, поперд... э-э-э... воздухом дыши и не лезь ты в эти дебри филологические. Фокалы ему, понимаешь... Бокалы твой потолок. А то и стаканов за глаза. А статейку свою глупую забудь. А лучше сожги

http://ap-pro.ru/.s/sm/23/devil.gif

0

5

_ Нет, отчего же сразу жечь?— удивился старый Есаул, прилаживая трофейный монокль к кавалерийскому карабину.— Отченно даже любопытно послухать за энтот самый фокал. Слово, конечно, срамное. Кстати, впервые услыхал от старших туточки, в Чернилке. Оно и понятно — старшие учат младших материться, курить и к девкам... Чо?! Не о том чичас?

Сам я понимаю фокал как некий приемчик. У президента — бросок через бедро, у писателя — фокал. Владеешь приемчиком — будут читатели размазывать по мордасам скупые слезы. И, кстати, совершенно не заметят оного. Не владеешь — иди, деточка, учи матчасть. И не жалуйся, что твои тексты читают только твои родственники.

А для того, чтобы овладеть фокалом в совершенстве, нужно много и вдумчиво читать поросших мхом классиков. Которые о фокале не знали, а потому сочиняли свои нетленки без боязни, что придет некая Рина Грант и всё опошлит.
Как-то так... :rain:

0

6

Зачем нам Рина Грант? Давайте по-простому все разберем — поправляйте, если я не прав.
Во всех материалах по фокалу, что я видел, авторы умничают один круче другого, объясняя простые, в общем-то, вещи. Я попробую изложить свое понимание, но в абсолютно примитивной форме. И буду сосредотачиваться не на определениях и понятиях, а на проблемах, которые тянут за собой ошибки фокализации.

Фокал — это ГГ с позиции которого идет описание сцены.

Старенький ёжик встречает старенького Деда, в руках которого авоська с грибами.
"Где он взял такие чудные грибы?" — думает ёжик.

Мы смотрим на ситуацию глазами ёжика. И все хорошо до того момента, как в тексте появляется что-то вроде:

"Не твое собачье дело" — подумал Дед.

Читатель при этом встал в позицию всеведущего существа, которому доступны все мысли и чувства и это работает против восприятия, описываемой истории (т.к. позиция суперсущества для человека неестественна, а также потому, что в этом случае вся сцена резко беднеет — ведь если мы все слышим и понимаем, то герои должны думать много чего и всякого, и непрерывно, но это в тексте не описано).

Мы можем показать некие детали, которые не видны текущему фокальному персонажу, но здесь не будет ошибки — мы просто описываем окружение фокального персонажа, как бы занимаем более общую позицию (это мое мнение, личное).
Ёжик даже не заметил, что на спине у него висят точно такие же грибы.

Можно писать вообще не покидая чувств и мыслей фокального персонажа. Но чаще пишут и отстраняясь от него, как я только что показал.
Однако же, иногда, в одной сцене несколько героев и автор прыгает с одного на другого, показывая мысли и чувства каждого. Я уверен, что можно писать и так, но это будет особая форма подачи (и я не считаю это ошибкой):

— Какие у него грибы, — подумал ежик.
— А ведь на спине носить грибы удобнее, чем в авоське, — подумал Дед.
— Надо и мне грибов пособирать, — подумал странный тип, только что выкопавший окоп для стрельбы с лошади стоя.

Что лично я считаю ошибкой фокала? Это когда повествование ведется от одного персонажа, но разово вклинивается со своими мыслями или восприятием другой персонаж. Это сразу вызывает дискомфорт чтения и я немедленно отмечаю, что автор просто не чувствует, как его текст воспринимается читателем.

"Какой запасливый Дед", думал ежик.
Он увидел как Дед остановился , поковырял палочкой в траве и выудил гриб.
Вот какой он молодец, подумал ежик.
Было жарко, ежик потел под иголками, но наблюдал за Дедом.
Странный мужик на лошади, подумал ежик, глядя из-под лапки вдаль.
"Ох, тяжело наклоняться", подумал Дед.
В узелке у ежика был хлеб и стопарик и он расположился на травке, гоовясь отобедать. Дед продолжал шуровать палкой в траве, а мужик на лошади все поглядывал из своего окопа.

Видите, как не по делу вылезли мысли Деда? Хотя, может и хотелось подчеркнуть, что ему тяжело, но делать это надо было иначе, впечатлениями ежика, а не как не меняя на секунду фокальный персонаж.

Точно такая же ошибка, когда каждому герою дается кусок времени в пределах одной сцены. Это не то же самое, что слышать все мысли всех одновременно. Т.е. в этом случае, мы видим и чувствуем глазами одного конкретного героя, которого периодически меняем. Это ошибка была у Гадости в ее сталкерском рассказе для сборника (я обещал разобрать и только что вспомнил об этом — прошу прощения).
В общем, это все, наверное. :)

0

7

И что, никто не хочет оспорить мои сентенции? Не бойтесь, я не больно баню.  :flirt:

0

8

Думаю, здесь правильней говорить не о фокале как таковом, а о понятии "фокальный персонаж". Вот довольно доходчивая статейка из инета на эту тему:

фокальный персонаж

Мы лишь тогда в полной мере сопереживаем герою, когда легко идентифицируем себя с ним и мысленно испытываем все то, что выпало на его долю. В результате нам точно так же хочется разрешить конфликтную ситуацию, в которую он попал, и найти ответы на заданные вопросы. Как сделать, чтобы читатель воспринимал героя будто самого себя?
Существует действенный прием: каждую сцену мы должны прописывать так, словно видим ее глазами того или иного героя — то есть фокального персонажа.
Противоположная резная дверь открылась, вошел тот, тяпнутый, оказавшийся теперь в ярком свете очень красивым, молодым с острой бородкой, подал лист и молвил:
— Прежний…
Тотчас бесшумно исчез, а Филипп Филиппович, распростерши полы халата, сел за громадный письменный стол и сразу сделался необыкновенно важным и представительным.
Нет, это не лечебница, куда-то в другое место я попал, — в смятении подумал пес и привалился на ковровый узор у тяжелого кожаного дивана, — а сову эту мы разьясним…
— М. Булгаков «Собачье сердце»

Фокальный персонаж в этом отрывке — пес Шарик: именно с его точки зрения мы смотрим и на Филиппа Филипповича, и на «тяпнутого», и на сову.
В коротких произведениях и романах с одной сюжетной линией, как правило, присутствует один-два фокальных персонажа. В сложных эпических произведениях их число переваливает за дюжину.

Основные правила работы с фокальным персонажем

Ничего лишнего
Мы называем предметы так, как их называет фокальный персонаж, знаем ровно столько, сколько он знает, и прописываем лишь те эмоции, на которые он способен. Высший пилотаж — менять стиль повествования в зависимости от того, чьими глазами мы смотрим на происходящее.
Называем людей и вещи своими именами

Когда речь идет о фокальном персонаже, не обозначайте его словами, указывающими на пол, возраст, профессию, социальный класс, должность и внешний вид. Например: мальчик, бухгалтер, графиня, нищий, неряха. Эти определения используют другие люди — те, с кем общается герой. Очевидно, что сам себя он может называть только по имени, фамилии или прозвищу, которое ему нравится.
Петя, затаив дыхание, смотрел на Машу. Ему вспомнилось все — и путешествие на дачу, и велосипедная прогулка, и купание в пруду.
— Ты надолго приехала? — спросил он.
Маша пожала плечами.
— Посмотрим. Надо дождаться отца — он решит.
— Оставайся! — чужим голосом проговорил бедный юноша.

«Бедный юноша» в данном случае звучит фальшиво: эти слова выбивают читателя из образа Пети и показывают, что на самом деле мы смотрим на него со стороны.
Одна сцена — одна точка зрения
Настя достала из кармана бластер. «Ну сейчас ты у меня получишь!» — подумала она.
Четвероухий монстр съежился. «Только не в пузо! Только не в пузо!» — мысленно взмолился он.

Такое повествование называется «прыганье по головам»: в одном предложении мы смотрим на происходящее глазами Насти, в другом — глазами монстра.

Разумеется, можно описывать сцену не только с точки зрения фокального персонажа. Например, Лев Толстой повсеместно использует точку зрения вездесущего автора, когда писатель знает все, что творится в головах персонажей, и дает комментарии их мыслям и поступкам. При таком подходе читатель превращается не в свидетеля или соучастника событий, а в слушателя автора-рассказчика. Метод этот хорош тогда, когда по ходу дела автор должен постоянно делать лирические или философские отступления.

Еще один вариант — повествование от первого лица: автор описывает события так, как будто они случились с ним самим. Эффект будет тем же, что и при рассказе от имени фокального персонажа, однако у этого способа есть один существенный недостаток: мы не можем залезть в головы к другим героям и посмотреть на ситуацию с альтернативной точки зрения.

Мое мнение о всех этих литературоведческих премудростях таково. Не важно, о каком произведении идет речь, написано оно в наши дни или 300 лет тому назад(это я спела прям в унисон с мудрой черепахой))). Если автор понимает, зачем он пишет, что хочет донести до читателя, чувствует и понимает своих персонажей, то поневоле будет задумываться о том, как лучше написать, чьими глазами картина будет передана наиболее полно и т п. Книги Михаила Булгакова — яркий тому пример. Автор пишет не для того, чтобы прославиться, показать свою крутость и заработать денег, а потому что искренне переживает за мир, в котором живет и пытается своими произведениями изменить людей и сделать этот мир чуточку лучше. К сожалению, многие нынешние писатели как-то подзабыли, зачем нужны книги (А ведь на протяжении многих веков книги являлись источником знаний в первую очередь, учебником жизни, а не развлечением), и пишут или из корыстных целей, или потешить собственный эгоизм — так себе мотив и цель, не удивительно, что и результат не особо ценный. А о том, что еще, публикуя текст, автор несет ответственность за последствия, которые этот самый текст может спровоцировать, вообще никто в последнее время не думает, в отличие от авторов даже прошлого века. Именно низменные цели и мотивы автора и неуважение к читателю как раз и проявляются именно в ошибках фокала.

Отредактировано Гадость (18-03-2017 11:16:20)

0


Вы здесь » Чернильница » Обсуждение произведений, авторов, статей » О МиМе, фокальностях и восхищении