Чернильница

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Чернильница » Песочница » Дно ущелья.


Дно ущелья.

Сообщений 1 страница 30 из 33

1

Здравствуйте. Предлагаю на ваш компетентный суд отрывок повести с приключениями, воспоминаниями и раздумьями. Работа до финала не закончена, пройдено где-то 70% маршрута. Канатик вьётся, конец на горизонте, узелки успешно вяжутся. Собственно, отрывок:

Дно ущелья. Начало повести.

Пролог.
... Окружающий мир вращался сразу в нескольких плоскостях и одновременно во все стороны. Почему-то, это не казалось Илье чем-то ненормальным. Более того, где-то, когда-то он уже встречался с подобным феноменом. Он это знал точно — ощущения были насквозь знакомы. Вспомнить бы только где и когда, а вот эти знания он из завернувшейся в бесконечный лабиринт памяти вытащить не мог, как не напрягался. Более того, некие странности в его ощущениях говорили, что с памятью неладное далеко неспроста. Понять бы, почему это — "неспроста", но понимание сути происходящего постоянно ускользало, вращаясь вместе невероятно далёким горизонтом где-то на периферии зрения. Кстати, о зрении — мелькавшее словно ускоренный до вращения вентилятора калейдоскоп окружение странным образом не действовало на на глаза и мозг , совершенно их не напрягая. Будто так и должно быть. Ещё одна странность.
Резко и требовательно чесалась переносица, нужно было немедленно вмешаться, дабы раз и навсегда прекратить неприятные и отвлекающие ощущения и Илья обнаружил самую на сегодня большую странность — у него не было ни рук, ни ног, ни тела — не было вообще ничего. Он, будто втиснутый в бесплотную точку мельтешащего перед глазами пространства, вращался вместе с ним, будто пылинка в беспорядочных вихрях тропического урагана цветов и бабочек, мельчайших цветных брызг красочного дождя.
Ладно, с этим мы как-нибудь разберёмся. Сейчас главное понять — как он в этом мире, состоящем только из бесформенных цветных и ярких пятен оказался и что надо сделать, чтобы отсюда выбраться. Для начала стоило попытаться замедлить своё вращение. Попробуем так — он напрягся, собрал в кулак все, казалось бы разлетевшиеся на куски внутренние силы и приказал самому себе замереть, затормозить беспорядочное вращение, ухватиться взглядом хоть за какой-нибудь ориентир и внести хоть немного ясности в полный весёлого хаоса мир.
Вроде бы начало получаться — из цветной мешанины выделился и приобрёл нечёткие очертания некий предмет, округлый и слепящий. Предмет вдруг рывком раздвинул своих соседей, увеличился в размерах и быстро, прямо-таки кошачьим прыжком, затмил их своим сиянием, больно ударив по глазам ярким светом. И сразу же появилась боль.
Боль пришла мгновенно и вся сразу: резкая, стреляющая, жгущая, ноющая, тянущая — все оттенки, какие только можно почувствовать на себе. Боже, как неожиданно! Тело скрутило узлом, пробило током и проткнуло миллионами раскалённых гвоздей. Илья закричал и тут же задохнулся — кричать тоже было невыносимо больно. Руки, ноги, тело и голова проявились в пространстве, обрели себя посреди хаоса, сам хаос цветных мельтешащих пятен окончательно растворился в ярком и слепящем сиянии и Илья наконец-то понял, точнее вспомнил что с ним произошло и что сейчас происходит.
Затылок неприятно холодила уже остывшая в октябре земля, над головой сквозь беспорядочно вращающиеся с гудением и вздохами воздушные вихри слепило яркое и злое полуденное солнце. С гудением — ага, слух тоже вернулся. А вот боль ощутимо быстро отступала, уступая место новым ощущениям — тело в разных местах начинало тускло, навязчиво ныть и чесаться. Илья пошевелил головой и закрыл веки — двигаться он уже может и это хорошо. Похоже, дело идёт к лучшему — здоровье восстанавливается, почти разорванное на куски тело приходит в себя, ткани и кости стремительно срастаются, сосуды снова начинают прокачивать сквозь себя кровь и лимфу. Организм приходит в норму. И то — любой врач на свете, любой целитель и знахарь, все медики и шаманы мира отдали бы душу дьяволу, чтобы уметь проделывать подобное со своими пациентами. Илья же не обольщался — он ничего подобного не умел. Более того, он и сейчас бы валялся бесформенным месивом из костей и мяса, валялся на этой проклятой полянке посреди молчаливого соснового леса, посреди приземистых папоротников и острого на вид, но мягкого на ощупь древнего как мир хвоща. Валялся бы, если б не камень, лежащий сейчас у него в кармане на поясе, размером и видом похожий на нескладную светло-лиловую картофелину без глазков.
Прошло, по ощущениям, совсем немного времени с того момента, когда он пришёл в себя. Илья пошевелил пальцами правой руки — под ними оказалась ломкая сухая хвоя и какие-то мелкие палочки: чувствительность возвращается. Сил подтянуть ватную руку к лицу ещё не было, но и делать этого, пожалуй, не стоило — воздух с тяжёлым гудением трансформатора вращался ощутимо близко, сантиметрах в пятнадцати над его головой, время от времени поднимая с земли мелкий мусор и размельчая его в перехватывающих друг у друга добычу вихрях. "Мясорубка" — это вам не хухры-мухры, разорвет в клочья даже рельс. В небольших с виду, бешено вращающихся в разные стороны и в абсолютно случайных плоскостях вихрях заключена запредельная, просто сказочная мощь.
Ладно, теперь он отсюда уже выберется, только прийти бы в себя до темноты. Камень знает своё дело на зубок и работает безотказно: его поле, ускоряющее обменные процессы организма в сотни раз ещё ни разу не подводило. Как это происходит, что это за поле такое волшебное — люди не понимали, но пользоваться уже научились. Вот и Илье артефакт спас сегодня жизнь, буквально собрав его по кусочкам, вытащив эти кусочки прямо из жерла преисподней. Спасибо конечно, но и сам виноват — чёрти дёрнули потащиться через эту полянку после захода солнца. Понадеялся на интуицию и слух — вот и лежи теперь, жди когда неведомого происхождения камень ( прибор? организм? ) сошьёт и склеит тебя, непутёвого, заново, соберёт твой конструктор в правильном порядке, а ты кусай губы и язык от боли и неприятных ощущений и терпи. Ничего другого не остаётся. "Пластилин" работает, а ты жди. Ведь и правду, очень похож этот невзрачный "доктор" на обычный, мягкий кусок детского пластилина из набора в картонной коробочке.
Надо ж было такую глупость сморозить — мало того, что пошёл через аномальное поле в темноте, зная что фонарик разбит, так ещё и выбрал маршрут совершенно по-идиотски — напрямки, по-над песчаным склоном, ежесекундно готовым поползти мягкой волной вниз, в объятия невидимой сверху, но вполне слышимой мощно гудящей "мясорубки". Так оно в конце концов и произошло — опopная нога оказалось на самом краю склона, песок под подошвой поплыл вниз, левая рука инстинктивно рванулась в сторону, ища ветку — схватиться и удержать равновесие — попала в крайний вихрь аномалии и только чудом удалось вовремя подогнуть ноги и влететь в гущу вихрей не распластанным телом, а сгруппированным комком — вот и выдавило его вниз ( повезло ещё и с вращением краёв мясорубки, хоть крутились они навстречу друг-другу, но оба с одной скоростью, что редкость, и бросили уже затянутое в аномалию тело вниз, на землю ). В общем, и повезло и неудача — сошлись противоположности. Удар пришёлся на голову и спину, падать там вроде и невысоко, с полметра, не более, но уж очень сильным оказался контакт с уже начинающей промерзать землёй. Будто с высоты сотни метров об бетон швырнуло. Последнее, что Илья помнил перед страшным по своей мощи ударом об землю — успел пожалеть об оставшихся во временной капсуле парнях из его бригады — так и не успел привести к ним помощь...
Уже под вечер, когда организм пришёл более-менее в норму, Илья попробовал выбраться подальше от опасного места. Вжимаясь всем телом в землю, он стараясь как можно плавнее двигаться, отполз бочком-бочком вправо, ближе к центру полянки, одновременно сторожко прислушиваясь к шевелениям воздуха над собой и стараясь лишний раз не задевать торчащие тут и там пучки по-летнему зелёного и сочного папоротника. ( Странно, он уже завянуть должен, мимоходом мелькнула мысль. ) Локти и спину покалывала острая крошка гравия, невидимая под хвойной простынёй леса. Илья старался ползти как можно аккуратнее, чтобы, не дай Бог, не притянуть неловким движением тугой вихрь над собой. Аномалия висит в полуметре над землёй, но бывает и плавает как волнах — то выше, то ниже, амплитуда саниметров 15—20, вроде немного, но будет достаточно для контакта, снова быть в неё втянутым что-то не хочется: если его опять всосёт и разорвёт на куски, не поможет и миллион Пластилинов — склеивать будет просто нечего.
Минут за десять он преодолел крабьим способом с десяток метров, со стороны наверное похожий на бойца, крадущегося ( почему-то ) боком к вражеским окопам под плотным огнём пулемётов. Впрочем, наблюдать за ним со стороны сейчас решительно некому, более того — в радиусе полутора-двух километров живых людей не может быть по определению — буферная зона. Тут даже птиц нету — распуганы расплодившимися за последний год различными аномалиями, из которых "мясорубка" ещё не самая коварная и смертельная, как показал опыт последних суток. "Брадобрейка", например, совсем не оставляет никаких шансов тому, кто оказался в зоне её действия. Тем, кто видел её первый раз, было на что посмотреть: В воздухе размером примерно три на три метра висит визуально ничем не поддерживаемая стена из сотен поблескивающих полированными гранями каменных осколков — обычный гранит, необычно нарезанный тонюсенькими острейшими ломтиками. Всё бы ничего, но это красивое панно почти всегда располагалось в таких узких местах, где его и не обойти и не перепрыгнуть. А стоило подойти поближе, как колебаниями воздуха стена приводилась в движение, осколки в ней начинали вращаться всё быстрее и быстрее и вдруг, как по команде, устремлялись в сторону пришельца, практически выстреливали. Причем скорость полёта мгновенно превращала их в смертоносные пули, пробивающие на своём пути даже полуметровые стволы сосен — для любого человека, в любом бронике — верная смерть, только ошмётки во все стороны летели. Илья был свидетелем, зрелище страшное. Даже издалека, в бинокль. Аномалия дюже опасная, но её хотя бы видно издалека. Так что, хочешь жить — обойдёшь, никуда не денешься. Лучше полдня на поиски обходных троп потерять, но продолжить путь, а не остаться кровавыми брызгами на камнях и стволах деревьев.
Выбравшись, наконец, из зоны действия "мясорубки", Илья смог подняться с земли и осмотреть себя, ощупать. Результаты осмотра его в целом удовлетворили — с латкой и штопкой его организма Пластилин справился, как обычно, на твёрдую пятёрку — ни синяков ни шрамов не осталось. С одеждой дело обстояло гораздо хуже — артефакт восстанавливает только живые ткани. Так что, ни дыры в окровавленной куртке, зияющие лохмотьями застиранного свитера, ни оторванная на левом ботинке подошва теперь уже не восстановятся как минимум до ближайшего жилья — нечем их подремонтировать — рюкзак с припасами и иголками-нитками "мясорубка" давно превратила в фарш. Хорошо, что Пластилин и Мочалка лежали в карманах пояса и пояс этот не сорвало с него, застёжки выдержали. От бинокля тоже остался один шнурок — жалко, хорошая была техника, с подсветкой. Подарок Землемера часы-компас слава Богу уцелели. Карманы на куртке полуоторваны и тоже, естественно пусты , даже крошки оттуда как пылесосом вытянуло. Да уж, силища в этой маленькой на вид аномалии скрыта адская.
Что ж, подведём итоги последних суток — амуниция пришла в негодность, припасов нет, одна нога почти босая, до людей ещё топать и топать. На чью-то помощь в ближайшие сутки, даже если он будет идти быстро и прямо, не стоит ещё часов десять-двенадцать рассчитывать( насколько помнил Илья гикнувшую вместе с рюкзаком карту ). На дюжину минусов один плюс — он ещё жив. Это главное. Надо идти. Пока ещё светло и относительно безопасно.
Ночь он провёл беспокойно и часто просыпался. Мешало спать многое, что с ним бывало довольно редко. Как-никак гелогом по тайге отпахал приличные расстояния и ночевать приходилось по-разному. Хоть и соорудил себе неплохую берлогу, завалив расщелину в скальном склоне лапником, наломанным голыми руками ( хвоя и ветки кололись сквозь прорехи в куртке ), хоть и укрыл ноги тем же лапником, а всё равно тело мёрзло и требовало еды для поднятия тонуса и внутреннего сугреву. Но спать пришлось ложиться уставшим и голодным. Плюс ко всему, постоянно снилась какая-то мутотень про сбежавших из горной крепости уголовников с мерцающими в темноте головами. Беглецы с глухим урчанием расплывались в туманные пятна и превращались молочно-белые сгустки то ли сметаны, то ли густой ряженки, растёкшиеся по стенам узкого как лезвие бритвы ущелья посреди высоченных и обжигающе холодных гор. Они ползли к нему, пузырясь и вздрагивая, и жалобно, тоскливо выли... Толком поспать так и не удалось. Илья крутился на своём остропахнущем хвоёй ложе, то съёживался от холода, то распрямлял затёкшие ноги — и лапник под ним постепенно разъехался, обнажив ледяную , промерзшую к ноябрю землю. Пришлось чертыхаясь вставать и заново, в темноте, на ощупь укладывать свой экологический чистый матрас. Только к утру усталось и напряжение последних суток свалили его в тяжёлый, без сновидений сон. Проснулся, когда сквозь веки по глазам начали прыгать яркие цветные сполохи. Судя по высоте светила над горизонтом, было уже часов десять утра. Вставать не хотелось, хоть стреляй. Но природа взяла своё — в нос попала чешуйка с еловой лапки, Илья оглушительно чихнул, аж в ушах щёлкнуло, и окончательно проснувшись, открыл глаза.
Солнце холодно и яростно смотрело на окаймлённую низенькими кустиками жимолости лесную полянку возле самой опушки леса, застывшего в ожидании чуда, смотрело с высоты своего небесного превосходства и молча наблюдало, как человек в рваной и обильно залитой кровью одежде, слегка припадая на левую ногу, двинулся на северо-запад. Прямо навстречу поисково-патрульной группе вооружённых до зубов солдат-спецназовцев, сторожко бредущих по своему обычному маршруту — след в след, внимательно и подозрительно осматривая каждое шевеление веток, отслеживая направление каждого долетающего до них звука. Расстояние всего в пару сотен метров медленно, но неуклонно сокращалось...
Есть хотелось так сильно, что мутило и пошатывало. Тело, измученное "мясорубкой", почти десятью часами восстановления, голодной и холодной беспокойной ночью со страшной силой требовало чего-нибудь поесть. Да какой там поесть, пожрать и даже без хлеба. Жажда тоже давала о себе знать. Голова кружилась от нарастающей потери сил, перед глазами время от времени что-то плыло и покачивалось. Организм, израсходовав под чутким руководством Пластилина практически все внутренние резервы на лечение переломанных костей и порванных мышц, сосудов и связок, на взрывообразное производство эритроцитов и прочих жизненноважных жидкостей, нуждался в срочной и обильной подпитке. Есть же было нечего. Вокруг лишь трава, земля и кусты с облетающей красно-жёлтой листвой, дружной толпой заселяющие опушку. Хоть бы какая-никакая рябина попалась, что-ли. Илья чувствовал, что сейчас его желудок примет всё, что ни положи в него, переварит даже ветки, даже стебли засыхающего в предвидении скорых морозов папоротника, мягким покрывалом закрывшие усыпанную хвоёй землю. На самой опушке в лицо пахнуло прохладным опахалом тёплого ветра и в нос ворвался запах напомнивший одновременно и хлебный, и мясной, и конфетные ароматы. Илью замутило и он, уже не в силах удержаться на в момент ослабевших ногах, присел на корточки и, закрыв глаза, попытался успокоить разыгравшуюся фантазию и перевести дух. Откуда здесь хлебу взяться, тем более карамели? На несколько километров вокруг никого и быть не должно! Чёрт возьми, как мутит-то... Проклятая "мясорубка", сожравшая рюкзак с витаминами и консервами, проклятая Долина, проклятый Ойонхол, чтоб их всех скопом черти взяли!
Он кое-как, преодолевая всё возрастающую усталость, уселся прямо на землю, привалившись спиной к изборождённому трещинами стволу амурской сосны, огляделся с последней надеждой вокруг — может где сквозь листву покажутся спасительные в его положении гроздья горько-сладкой рябины, рыжей, как сотни минисолнц облепихи, грузной и солидной черноплодки. Но нет ничего не видно — прикрыл глаза. Эх, чего сейчас не лето? Можно было и грибов поискать, борщевник со своими сочными стеблями помог бы здорово, да мало ли в тайге летом съедобной зелени.
Запах хлеба и мяса не проходил. "-Я с ума схожу, что-ли? Глюки настигли, эх как не вовремя. Ведь почти вышел..." Голоса ещё какие-то, с поля вроде доносятся вместе с запахами. Одно из двух — либо крыша набок, либо мне повезло, повезло сказочно. Или не повезло ( Илья вспомнил ухарей, от которых еле ушёл километрах в семи от Зайцево. От таких помощи дождёшься, как-же. Последнее отберут, если не пристрелят походя). Собрав последние силы он, медленно и тщательно, следя за тем, чтобы не шевельнуть вольно торчащую из материнской шубки ветку, не хрустнуть палым сухим сучком, пополз к наружной стене кустов, вставших некогда в арьергард соснового леса.
Увиденное его не то чтобы обрадовало, скорее удивило. Метрах в двухстах, через обширную прогалину, мимо поросшего редкими, но спутанными кустами багульника вдоль капризно-извилистого ручья, медленно, но уверенно, след в след, шла группа из семи плотно экипированных солдат — шлемы, камуфляж, поблескивающие на солнце цветные стёкла защитных очков, какие-то незнакомые автоматы на груди, куча карманов на штанах и куртках — спецназ. Запахи, кстати, шли как раз от них. Илья отлично видел, что они ничего не едят, даже не жуют на ходу, но ароматы съестного налетали на него именно с этой стороны, обострившееся до собачьего обоняние указывало на них. ( Краем сознания Илья удивился, но не тому, что чувствует запахи за столько метров, а тому, что чувствует только съестное. Оружием — порохом, металлом и смазкой почему-то не пахло вовсе ). Группа, по едва заметной в траве тропинке, уверенно продвигалась к нему. Скоро, совсем скоро его обнаружат. Господи, наконец-то! Он всё-таки вышел к людям, помощь будет!

Отредактировано Tolyroid (15-04-2015 15:33:07)

0

2

Это чего за * в начале абзацев?
Типо сплошные комментарии-сноски?
Надо бы после размещения материала, проверять его "внешний вид".

И того-этого, используй "Свернутый текст" (это такой значок над текстовым полем) для убирания в него текст. По-русски — спойлер.

0

3

Спешу сообщить:
Это я притащил сюда нового автора.
Рекомендую к адекватному дружескому общению :)
Надеюсь, нам всем будет комфортно.
Для начала прошу товарищу оказать встречу и разъяснить нюансы литературного цеха ООО (или ОББ) "Чернильница"
Паша! Нажми "редактировать", потом над рамкой увидь иконку книжки. Нажми, выполни предложенное и твой текст окажется под спойлером.
Звездочки — это рудимент ГГ? В следующий раз перед отправкой почисти текст от наслоений.

Рад тебя здесь видеть!!!!

0

4

Shurki написал(а):

Это чего за * в начале абзацев?
Типо сплошные комментарии-сноски?
Надо бы после размещения материала, проверять его "внешний вид".

И того-этого, используй "Свернутый текст" (это такой значок над текстовым полем) для убирания в него текст. По-русски — спойлер.


Это паста с другого ресурса. Там я звёздочками для выделения абзацев пользовался.

Отредактировано Tolyroid (15-04-2015 15:34:00)

0

5

Есаул написал(а):

Спешу сообщить:

Паша! Нажми "редактировать", потом над рамкой увидь иконку книжки. Нажми, выполни предложенное и твой текст окажется под спойлером.
Звездочки — это рудимент ГГ? В следующий раз перед отправкой почисти текст от наслоений.

Рад тебя здесь видеть!!!!

Здравствуй, Костя! Запер текст в спойлер. Звёздочки убрал. Спасибо за совет.

0

6

Приступим)))

для начала

... Окружающий мир вращался сразу в нескольких плоскостях и одновременно во все стороны. Почему-то, это не казалось Илье чем-то ненормальным. Более того, где-то, когда-то он уже встречался с подобным феноменом. Он это знал точно — ощущения были насквозь знакомы. Вспомнить бы только где и когда, а вот эти знания он из завернувшейся в бесконечный лабиринт памяти вытащить не мог, как не напрягался. (как-то количестов ОН нужно подсократить, убавить, перефразировать)Более того, некие странности в его ощущениях говорили, что с памятью неладное далеко неспроста. Понять бы, почему это — "неспроста", но понимание сути происходящего постоянно ускользало, вращаясь вместе невероятно далёким горизонтом где-то на периферии зрения. Кстати, о зрении — мелькавшее словно ускоренный до вращения вентилятора калейдоскоп окружение странным образом не действовало на на глаза и мозг , совершенно их не напрягая. Будто так и должно быть. Ещё одна странность.

Резко и требовательно чесалась переносица, нужно было немедленно вмешаться, дабы раз и навсегда прекратить неприятные и отвлекающие ощущения(зпт) и Илья обнаружил самую на сегодня большую странность — у него не было ни рук, ни ног, ни тела — не было вообще ничего.

Ладно, с этим мы как-нибудь разберёмся. Сейчас главное понять — как он в этом мире, состоящем только из бесформенных цветных и ярких пятен оказался (зпт)и что надо сделать, чтобы отсюда выбраться.

Вроде бы начало получаться — из цветной мешанины выделился и приобрёл нечёткие очертания некий предмет, округлый и слепящий. Предмет вдруг рывком раздвинул своих соседей, увеличился в размерах и быстро, прямо-таки кошачьим прыжком, затмил их своим сиянием, больно ударив по глазам (??? У ГГ вроде как нет ничего. ни рук, ни ног, ну и глаз соответственно!)ярким светом. И сразу же появилась боль.
Боль пришла мгновенно и вся сразу: резкая, стреляющая, жгущая, ноющая, тянущая — все оттенки, какие только можно почувствовать на себе. Боже, как неожиданно! (насколько здесь уместно слово БОЖЕ? )Тело скрутило узлом, пробило током и проткнуло миллионами раскалённых гвоздей. Илья закричал и тут же задохнулся — кричать тоже было невыносимо больно. Руки, ноги, тело и голова проявились в пространстве, обрели себя посреди хаоса, сам хаос цветных мельтешащих пятен окончательно растворился в ярком и слепящем сиянии (зпт)и Илья наконец-то понял, точнее вспомнил (зпт)что с ним произошло и что сейчас происходит.
(дальнейший текст нужно по смыслу отделить от предыдущих абзацев хотя бы одной пустой строкой)
Затылок неприятно холодила уже остывшая в октябре земля, над головой (зпт)сквозь беспорядочно вращающиеся с гудением и вздохами воздушные вихри(зпт) слепило яркое и злое (это в октябре-то?)полуденное солнце.

Прошло, по ощущениям, совсем немного времени с того момента, когда он пришёл в себя. Илья пошевелил пальцами правой руки — под ними оказалась ломкая сухая хвоя и какие-то мелкие палочки(здесь тире. а не двоеточие): чувствительность возвращается.

Понадеялся на интуицию и слух — вот и лежи теперь, жди (зпт) когда неведомого происхождения камень ( прибор? организм? ) сошьёт и склеит тебя, непутёвого, заново, соберёт твой конструктор в правильном порядке, а ты кусай губы и язык от боли и неприятных ощущений и терпи. Ничего другого не остаётся. "Пластилин" работает, а ты жди. Ведь и (в, пропущено) правду, очень похож этот невзрачный "доктор" на обычный, мягкий кусок детского пластилина из набора в картонной коробочке.

Уже под вечер, когда организм пришёл более-менее в норму, Илья попробовал выбраться подальше от опасного места. Вжимаясь всем телом в землю, он (зпт)стараясь как можно плавнее двигаться, отполз бочком-бочком вправо, ближе к центру полянки, одновременно сторожко прислушиваясь к шевелениям воздуха над собой и стараясь лишний раз не задевать торчащие тут и там пучки по-летнему зелёного и сочного папоротника. ( Странно, он уже завянуть должен, мимоходом мелькнула мысль.(смотри правила пунктуации прямой о косвенной речи))

Локти и спину покалывала острая крошка гравия, невидимая под хвойной простынёй леса. (так если крошка под хвойной простыней, то как она спину будет покалывать? Или простыня слишком тонкая или крошка явно крупнее крошки)

Ну и так далее. Оставшийся фрагмент текста автор, надеюсь, проработает самостоятельно, потому что Беда с пунктуацией, автор, вспоминай правила и правь, а так же опечатки, пропущенные предлоги. Несколько занудно вихри из абзаца в абзац, нужны синонимы или какие-то подходящие по смыслу образы.

0

7

"(как-то количестов ОН нужно подсократить, убавить, перефразировать)"
Ну да, этот момент действительно стоит переделать.

"...слепило яркое и злое (это в октябре-то?)полуденное солнце."
Слепит, но не греет. Потому и злое. В контекст общего настроения текста этот образ вполне вписывается.

"Локти и спину покалывала острая крошка гравия, невидимая под хвойной простынёй леса. (так если крошка под хвойной простыней, то как она спину будет покалывать? Или простыня слишком тонкая или крошка явно крупнее крошки)"
Мельче гравия только песок. Гравий, по сути, мелкие обломки камня, как и любой лом твёрдых материалов он имеет острые грани и углы. Хвоя лежит не плотным, а рыхлым слоем, гравия под ней можно и не увидеть. Но колоть и царапать он будет даже через одежду, поверь. Особенно, когда попадается не сплошным ковром, а отдельно лежащими экземплярами. Пример из жизни: фокусники спокойно лежат на сплошной поверхности из торчащих гвоздей, но никто не рискует лечь на один-единственный гвоздь.

"(??? У ГГ вроде как нет ничего. ни рук, ни ног, ну и глаз соответственно!)"
Раз Илья видит, значит есть чем видеть, правда же? Человек из комы выходит, однако. Чувствительность к разным органам возвращается последовательно. Здесь нет никаких противоречий.

"Несколько занудно вихри из абзаца в абзац, нужны синонимы или какие-то подходящие по смыслу образы."
Замечание принято, как и указания на мои граммар-спотыкушки.

Спасибо.

Отредактировано Tolyroid (18-04-2015 06:49:20)

0

8

Ощущение общей затянутости. Одно и то же под одним и тем же соусом в несколько подходов. ИМХО.

0

9

Как авторский прием показа нереальности происходящего (между бредом и явью) не прокатит?

Собственно, всего этого клубка нереальности пара страниц печатного текста...
Другой вопрос — не отпугнет ли такое начало неподготовленного читателя?

0

10

Есаул написал(а):

Как авторский прием показа нереальности происходящего (между бредом и явью) не прокатит?

Собственно, всего этого клубка нереальности пара страниц печатного текста...
Другой вопрос — не отпугнет ли такое начало неподготовленного читателя?

Так что: вам продолжение выкладывать или как?

0

11

Выкладывай. Иначе зачем мы тут... ;)

0

12

Да, давай выкладывай дальше. Сделать что-то оригинальное в сём замученном (древнем? старом? классическом?) сеттинге уже достижение.

0

13

Renson написал(а):

Да, давай выкладывай дальше. Сделать что-то оригинальное в сём замученном (древнем? старом? классическом?) сеттинге уже достижение.

Продолжаю:

Пролог. ( продолжение).

Люди, это, конечно, здорово, люди это и питание и лекарства с витаминами, люди это ... Это люди. За последние шесть с лишним месяцев он видел живых людей всего, дай Бог памяти, раз десять, да и то чаще в окулярах своего бинокля. Помнится, ещё летом, три раза он, встретив их в своих переходах по ойонхольским скалам и буеракам, обходил седьмой дорогой, как ни странно это для запертого в практически необитаемой, запертой со всех сторон долине. С теми гражданами любому нормальному индивидууму лучше не встречаться подобру-поздорову. Хуже зверей двуногие организмы. Лучше в аномалию с головой, чем к ним. Один раз те гаврики его тоже заметили, гнались несколько километров, умело отрезая от возможных укрытий, гнали как оленя на засидку. Ушёл тогда чудом, загонщиков оказалось мало: преодолел-таки нешуточную панику, сжал в кулак страх, пришёл в себя и на бегу высмотрел крошечную, с его рост, не более, впадинку между двумя громоздкими выворотнями,. Впадинку закрывал шикарный ковер из папоротника. Туда и нырнул Илья, вжался в хвойный ковер, в землю и не дышал практически. Его не заметили, слишком большие ячеи оказались у ловчей сети. Гнались за ним всего пятеро, глаз у них не хватало замечать каждый подозрительный комок в траве. Илья дождался, когда урки ушли далеко вперёд по ходу движения, потихоньку выбрался из убежища и ушёл назад, к месту начала гонки. Второго эшелона у погони, как он и надеялся, не оказалось. Тот день, пожалуй, был самым опасным в Долине.  Ну, после Катастрофы, естественно.
Как бы там ни было, про Пластилин и Мочалку никому говорить нельзя, ни в коем случае. Лучше всего их где-нибудь здесь спрятать — меньше расспросов, меньше проблем, меньше зависти, меньше шансов, что отберут и фамилии не спросят. А у него не то положение, чтобы ссориться. Артефакты же на Большой земле ему вряд-ли пригодятся. Зато, если удастся уговорить военных ( или кто там всем командует ) помочь в эвакуации его бригады, можно будет подобрать свой тайник на обратном пути. Идти всё равно придётся пешком, на вертушках до Калагоя не долететь, аномалии их срубят как егерь уток. Ниже трёх-пяти десятков метров вертолёты теряют управление, отключается бортовая электроника, да и давление на психику из эпицентра такое, что люди мгновенно и качественно сходят с ума. На глазах Ильи ещё в начале Катастрофы мчсовский Ми-8, крутившийся перед посадкой над окружавшими город скалами, вдруг пошёл вверх, крутанул мёртвую петлю, сорвался на бок и рухнул спиной вниз, прямо на винт, рухнул на группу испуганных до истерики, ожидавших эвакуации местных жителей. Куски тел, тюки с вещами, куски металла — в разные стороны...  Значит — пехом, только ножками, только по земле, тропками. А дорогу он уже знает.
Под одинокой корявой сосной, присыпав хвоёй и аккуратно положив сверху несколько сухих веток, он и спрятал свой заветный пояс с артефактами в просвинцованных кевларовых карманах, отполз от этого места на несколько метров, постарался тщательно запомнить все возможные ориентиры и только убедившись, что и схрон не видно и место достаточно изучено, подал голос.
Солдаты, услышав из кустов впереди по ходу движения чей-то осипший голос, вздрогнули, полуприсели, на автомате, на инстинктах рассредоточились по тропинке. Трое шедших в центре взяли на мушку кусты, остальные быстро, но без суеты, будто роботы, развернулись и взяли под наблюдение сектора по бокам. Ещё один развернулся и прикрыл своим спины, быстро и нервно разглядывая местность, которую они только что осматривали — мало ли кто со спины выйдет. Голос из кустов раздался ещё раз:
-Ребята! Не стреляйте! Я выхожу!
Обычных гражданских здесь уже несколько месяцев не должно быть и бойцы заученно приготовились, мысленно просчитывая свои действия на случай стрельбы — тренированные тела сработали сами, спецназ не зря учат. Напряжением сгустило ещё минуту назад лёгкий и чистый воздух. Ветки зарослей ирги зашевелились, раздвигаясь и шелестя. Виновато и испуганно посыпались бордовые листья.
-Руки, руки выше подними и выходи медленно! -крикнул приземистый командир наряда, глядя сквозь оптику на наполовину скрытый силуэт незнакомца, не раздумывая наводя точку прицела туда, где должна была быть голова — мало ли кто тут шарится, под внезапный выстрел какого-нибудь идиота со съехавшей от ужасов Долины башкой подставляться категорически не хотелось, лучше сразу пришибить, сам целее будешь. К тому же, инструкции насчёт встречи выходцев из Ойонхола весьма расплывчаты.
Кусты ещё раз шевельнулись и выпустили на свет божий припадающего на одну ногу человека в рваной, грязной и окровавленной одежде, небритого, взъерошенного, выглядевшего весьма жалко и безобидно. По крайней мере на первый взгляд. Но первым впечатлениям сержант давно разучился доверять, ещё в учебке.
-Эй ты! Пять шагов вперёд! Медленно! И замри, башку снесём наxpен!
Неизвестный, хромая и жмурясь от хлещущих прямо в лицо лучей яркого не по сезону солнца, послушно шагнул пять раз и замер, держа над головой руки с растопыренными ладонями.
Вот он я, пошли, что-ли.

0

14

ТИПА ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ДРУГУ
Паша!
Во-первых, безмерно рад видеть тебя и твою повесть на этих страницах. Честно.
Во-вторых, сразу хочу кое-что объяснить: пишу это письмо не только и не столько для тебя, сколько для всех нас. Было бы что секретное — написал бы в личку.
Полагаю, что ты слегка (мягко говоря) удивлен, что тебе не уделили пристального внимания местные старожилы. Объяснение самое простое — нужно стать своим. Нужно, чтобы к тебе привыкли. Согласись, трудно общаться с неизвестными людьми. Опасаешься обидеть неловким словом, не знаешь, что можно, а что нельзя.
Способ "врасти" в коллектив прост — принять деятельное участие в его жизни. Новые люди в основном начинают с публикаций своих произведений. Это хорошо. Но еще нужно проявить себя как заинтересованного человека. Для этого все (ВСЕ!!!) выбирают любые имеющиеся здесь тексты и критикуют их. Срабатывает "бартер". Ты критикнул меня, я критикнул тебя.
В чем смысл критики? В постепенно нарастающем умении видеть чужие ошибки, чтобы потом не допускать похожие у себя.
Активно критикуя, ты становишься абсолютно своим, родным и понятным. И начинаешь жить здесь в общем ритме.
Я тоже начинал с критики. И была она сначала предвзятой, имхошной — типа "а я бы написал вот так!". Оказалось, что это вовсе не критика. Потом я старательно выискивал лишние запятые. Полезное занятие (у себя нашел кучу ошибок), но для творческого человека это маловато. Высший шик — суметь разглядеть в тексте сюжетные ляпы. И здесь есть такие специалисты!
А первичное невнимание — это у всех было. Я несколько месяцев пытался добиться, чтобы мои разборы оценили. Зато потом дело пошло.
К чему я всё это пишу? Очень хочется, чтобы ты здесь остался. Чтобы у нас появились общие идеи. Ты ведь можешь быть полезен не только по лит.части, я знаю. И у нас (это я от всех сейчас — нагло так) будут к тебе предложения, которые тебе наверняка понравятся.
Удачи нам всем!!!! :rain:

0

15

И, продолжая пламенную речь Кнстнтина — самая поганая вещь для критики — это первоглавие во всех его проявлениях.
По мне не так страшно превышение лимита цельного рассказа тыр до тридцати, как все эти бесконечные начала повести, отрывки из романа, или, как совсем уж клиника — вступление к рассказу.
Оценивая цельное произведение, я смотрю, как автор умеет пользовать сюжет, определяю кол-во воды в тексте, просматриваю логические или технические ляпы.
А в случае с первоглавием что делать? Только указать на общие ошибки, которые должна исправлять школа. Ибо любые ляпы, неверность в словах, особенности построение речи — все может оказаться замыслом автора, который он раскроет в следующем псто.
Как-то так.  :hobo:
Дед

0

16

Ай, хорошо мужики сказали. )))
От меня — по лайку и чашке кофе.

Отредактировано Shurki (22-04-2015 08:36:31)

0

17

Ну, застращали мужика...

Пристегнулись и поехали

Ух тыыыы! Сперва что-то непонятное такое, но цветастое. Калейдоскоп, ничто, цветные пятна, туда-сюда, ГГ не понимает, мы тоже. Едим дальше!
И тут на те! "Мясорубка"! Так мы, оказывается, сталкер читаем! Вот уж чего-чего, а такого цветастого и отвлечённого начала в стакерофанфикостроении за много лет задротства не припомню. О как! Респект начинает расти. Артефакт, конечно, читерский — ну да ладно, сеттинг! Поехали дальше!
Так, так, уже не так оригинально, но на уровне. Многословно, правда. Ну да ничего — Лев Николаич вон сколько слов написал! Будто ему, как Маяковскому, за объём доплачивали. Вон и аномалия своя придумана, для запугивания читателя. Ух, слов-то как много! Ну да ничего, вон уже второй круг!
Ой. А на втором круге-то кочки оказались, да какие. Так это, оказывается, не совсем сталкер. Но и не совсем не сталкер. Долина, Катастрофа, горы, Ойонхол, прости хосподи...
Так, стоп машина! Я вот чего хочу сказать...
Израиль Соломонович! Либо наденьте трусики, либо снимите крестик!
Так тут — сталкер? Или какой-то свой сеттинг?

0

18

Есаул написал(а):

ТИПА ОТКРЫТОЕ ПИСЬМО ДРУГУ
Паша!
Во-первых, безмерно рад видеть тебя и твою повесть на этих страницах. Честно.
Во-вторых, сразу хочу кое-что объяснить: пишу это письмо не только и не столько для тебя, сколько для всех нас. Было бы что секретное — написал бы в личку.
Полагаю, что ты слегка (мягко говоря) удивлен, что тебе не уделили пристального внимания местные старожилы. ///

Да всё у порядке, Костя! Я уже ничему давно не удивляюсь. ))) Работа, понимаешь, отнимает время и силы. Вот и заглядываю редко. Выбрал себе свободный отрезок дня и сразу сюда нырнул — ответ пишу, чего же боле.  :)
Запятые и прочая грамматика, это хорошо, нужно и правильно. Я же стараюсь, расставляю знаки. Не везде, да, согласен. Но смысл написанного, вроде, не сильно от этого страдает же? Не, конечно страдает, но не так, чтоб уж совсем невмоготу читать было. Стараюсь.

Renson написал(а):

...Так тут — сталкер? Или какой-то свой сеттинг?


Да. История по мотивам игры по мотивам известного романа двух популярных братьев-фантастов. Которые сами написали свой шедевр по мотивам знаменитой сказки, придуманной по мотивам очень старых околорелигиозных мифов. Которые имеют родителей из совсем уж дохристианских эпох. Спиральное дерево. Крутится, ветвится. Каждая ветка крутится и ветвится. И всё возвращается на ту же точку, откуда пошли корни, только каждое возвращение получается с новой стороны и на новой высоте. Высота не обязательно выше предыдущих. Тут главное же новый ракурс. Вот я и последовал этому принципу.

Отредактировано Tolyroid (26-04-2015 11:27:26)

0

19

Старенький кряхтельник написал(а):

И, продолжая пламенную речь Кнстнтина – самая поганая вещь для критики – это первоглавие во всех его проявлениях.
По мне не так страшно превышение лимита цельного рассказа тыр до тридцати, как все эти бесконечные начала повести, отрывки из романа, или, как совсем уж клиника – вступление к рассказу.
Оценивая цельное произведение, я смотрю, как автор умеет пользовать сюжет, определяю кол-во воды в тексте, просматриваю логические или технические ляпы.
А в случае с первоглавием что делать? Только указать на общие ошибки, которые должна исправлять школа. Ибо любые ляпы, неверность в словах, особенности построение речи – все может оказаться замыслом автора, который он раскроет в следующем псто.
Как-то так.  
Дед

Вообще-то да. Надо ж было с чего начинать. Я начал с Пролога. Логично, как по мне.

0

20

Tolyroid написал(а):

Вообще-то да. Надо ж было с чего начинать. Я начал с Пролога. Логично, как по мне.


Tolyroid, я, верно, не слишком вразумительно выразился — знаю за собой такой косячек. Вот пишу в силу своих разумений про Фому, а в техте Ерема проявляется...  :(
Понятное дело, что эпилог выкладывать глупо, да и когда он, этот эпилог, допишется? — а работать нужно уже сейчас.
Эт я к тому, что не валяется у Вас в загашничке именно рассказа — пусть даже не слишком нравящегося
Вам сейчас? Оно на кошечках на малых формах тренироваться куда как сподручнее и автору, и доморощенным тем, кто туточке себя критиками мнит.
Еще раз с уважением не всегда верно толкуемый
Дед

0

21

Старенький кряхтельник написал(а):

Tolyroid, я, верно, не слишком вразумительно выразился – знаю за собой такой косячек. Вот пишу в силу своих разумений про Фому, а в техте Ерема проявляется...  
Понятное дело, что эпилог выкладывать глупо, да и когда он, этот эпилог, допишется? – а работать нужно уже сейчас.
Эт я к тому, что не валяется у Вас в загашничке именно рассказа – пусть даже не слишком нравящегося
Вам сейчас? Оно на кошечках на малых формах тренироваться куда как сподручнее и автору, и доморощенным тем, кто туточке себя критиками мнит.
Еще раз с уважением не всегда верно толкуемый
Дед

Не, а. Нету. То есть, коротенькое и более-менее продуманное по части сюжетной линии у меня по тетрадкам наличествует, но в таком непотребном виде, что править и править. Если б не Костя Есаул, я б и за эту повесть не взялся со всем тщанием. Так що вот, терпите уж:

Edem da s zayami:

Глава первая. Книга первая. Второй раз в тот же ад.
*Суета на первом же блок-посту, примчавшаяся с базы новёхонькая бронемашина, баня, изнурительное обследование в полевом госпитале, ужин ( горячая пища!!! ), двести пятьдесят неплохого коньяка, сон... И неделя почти непрерывных допросов. Ну, как допросов? Просто бесед, в ходе которых его по пять, и даже чаще, раз переспрашивали одно и тоже. Знакомство с хмурым типом, худым, бровастым, седым, лет пятидесяти пяти, которого все называли ( да и сам он так-же представился ) — Полковник.
Секретчики допрашивали, обложившись картами и спутниковыми снимками, выуживали из бездонных глубин интернета и собственных архивов любые, относящиеся к Долине фотки и видеоролики, тыкали пальцами в непонятные для них места и требовали то самое, непонятное, подробно и красочно комментировать. Илья уже сбился со счёту, сколько раз он им рассказал свою историю и жизнь в Долине после той Катастрофы. Полковник, постоянно сидевший во время бесед-допросов в синем кресле в углу комнаты, почти всегда угрюмо, с непроницаемым видом молчал, вставив за все дни в диалоги буквально пяток фраз уточняющих ответы Ильи фраз. Просто слушал.
Через неделю Илье заявили, что готовится выход группы спасателей с ним вместе, внутрь Долины, в Калагой. По армейским, очень подробным спутниковым снимкам, проработали маршрут движения. До районного центра, где они сейчас базировались, предстояло сначала ехать по бездорожью, а после уже, пройти около сорока километров извилистыми тропами до Калагоя и вывезти на надувных лодках бригаду Ильи из Калагойской клиники на восток, через заметно утихающий в преддверии зимы Ойонхол. Там ширина реки метров двести, всего ничего, но пороги и камни прямо посреди русла даже в сухие времена года представляют из себя нешуточные препятствия. Для умелых людей и это не проблема, но пробираться в раскинутый у реки город придётся с юга, тем же маршрутом, по которому геолог вышел из Долины: таковы обстоятельства. И никак иначе. Илья был согласен на всё, лишь бы не передумали. В итоге, выход назначили на ближайшее воскресенье. И снова продолжительные беседы. Теперь уже инструктаж и сопутствующие лекции.
Всё, что внушали ему и Полковник и прочие службисты Базы, Илья постарался запомнить, но задвинуть в дальний уголок памяти. Это были, конечно, мысли умные, основанные на опыте, передовых достижениях и так далее, но... Всё, что они знали и пытались вложить в голову молодого геолога, всё это теряло всякий смысл при столкновении с реальностью нынешней Долины. Они и понятия не имели, несмотря на всю свою супер-мега разведку и агентуру, спутники и прочие системы дистанционного наблюдения, что на самом деле произошло 17 мая, почти пол-года назад, в тринадцати километрах к северу от Калангоя, в маленьком, узком, почти неприметном ущелье, по-своему красивом и даже уютном до катастрофы. Впрочем, о том, что сейчас происходит в Долине, они тоже, судя по их речам, имели представление весьма смутное и расплывчатое. Похоже, они и части виденных Ильёй ужасов не представляли себе даже умозрительно. А ведь он и сам не видел, наверное, и половины того, что сейчас правит Долиной, правит по-настоящему, в десятках обличий охраняющих её кошмарных порождений неведомого разума. Именно разума! А кто ж ещё мог придумать все эти камни, в спокойном состоянии отклоняющие пули и лечащие до стопроцентного здоровья почти любые организмы от почти любых внутренних повреждений, не говоря уж просто про ожоги или порезы.
А Промокашка? Вот скажите, как природа могла додуматься до квадратной, смахивающей на нетолстый планшет, твёрдой и шершавой на ощупь пластины, тускло и скучно светящейся в темноте, наглухо блокирующей вокруг себя любое техногенного характера движение, отражающей своим полем хоть пули, хоть гранатные осколки ( Илья проверял, было дело ), но при этом работающей только в мокром состоянии: воду она впитывала как губка. Причём, обратно она её не выдавала, как не мни, не скручивай и не бей. Поглощала с концами, будто расходовала влагу вместо энергии. Может и вправду расходовала, Ойонхол её знает. Штука безусловно полезная, жаль пришлось обменять её у Землемера на Мочалку. Каковая, учитывая опасность встреч с обезумевшими от кошмаров Долины зэками, пришлась как нельзя к месту. Уголовники, кстати, в количестве не менее полусотни буйных и не очень голов, чудом уцелели после того, как их бросили на верную смерть, а зону, стоявшую в глубоком распадке, выходившем прямо на проклятое ущелье, накрыла неощутимая поначалу волна пси-выброса. Как всегда, про них вспомнили в последнюю очередь и примчались эвакуировать уже тогда, когда охрана колонии в панике бросила своих подопечных и уже драпала на нескольких автозаках, легковушках и казённых УАЗиках в сторону Комбината, прямо навстречу "Абсолютному зеркалу", удобно расположившемуся в самом узком месте горного серпантина и отразившему в пропасть две из девяти машин, в панике нёсшихся по извилистой и скользкой после недавнего дождя дороге. Землемер — чуть ли не единственный выживший в катастрофе служащий той колонии, говорил, что тонкое на вид "Зеркало" не просто отражает попавшие в него предметы. И, ни вес, ни размер предмета, на конечный, всегда печальный результат, ни капельки не влияют. Оно, Зеркало, поглощает всё, буквально проглатывая, и тут-же мощным плевком выбрасывает в непредсказуемом направлении. На такую штуку природа точно неспособна, что бы кто не говорил. Кстати, все его сослуживцы из автомобилей, ехавших следом за разбившимися в Зеркале, погибли в течение пары часов от разрывающего мозги излучения, попёршись через скальный гребень, напрямки. Землемер остался внизу — серьёзно подвернул ногу, идти не мог, практически. Тем и спасся.
Короче, здоровенные МИ-26, "летающие коровы", одна за одной, все три штуки прилетевшие эвакуировать зону как раз под выброс, рухнули прямо на бараки, погребя под собой немало народу и не меньше же покалечив. Полковник что-то там говорил про несколько сотен погибших и пропавших без вести в Долине во время и после Взрыва и последующих катаклизмов. Интересно, он в это число включил зэков?
Уцелевшие уголовники очухались, на удивление быстро и уверенно освоились почти в центре Ойонхола, похоже навели какие-то мосты с Большой землёй и, захватив в своё безраздельное владение брошенный жителями в спешке и панике Огурцово, чувствуют себя вполне комфортно.
Чем они там занимаются, Илье было всё равно, лишь бы эти отморозки его не трогали. И Мочалка, с её маскирующими свойствами пришлась тут как нельзя кстати. Похожа на обыкновенную домашнюю вихотку: лохматая от сотен торчащих в разные стороны, блестящих, коротеньких как шерсть щенка добермана и тёплых на ощупь нитей, податливая бледно-розовая масса. Если сдавить её посильнее, она формировала вокруг себя довольно-таки приличных размеров непонятное в своей природе поле, весьма эффективно скрывающее любое движение внутри себя, делая своего обладателя абсолютно невидимым, даже в тепловизор ( проверено! ). Мечта разведчика, любая спецслужба за неё никаких усилий не пожалеет, пойдёт по трупам не задумываясь.
Так что, не зря поменялся. Чем Землемер руководствовался, отдавая её в обмен на невзрачную Промокашку, Илье было не совсем понятно — ведь зэки отлично знали его в лицо и любая встреча с ними, захватившими в разбомбленной упавшими вертолётами колонии оружейный склад и основательно почистившими армейскую часть к югу от Огурцово, могла оказаться последней в жизни бывшего начальника караула. Может у него ещё одна Мочалочка завалялась, кто знает. Он хоть и похож на адекватного человека, да только уж больно скрытный. Помнится, про "до Катастрофы", рассказывал охотно, помногу и со смешными подробностями, в лицах расписывая ситуации и диалоги. Зато как разговор заходил про нынешние времена — тут же переводил беседу на другие рельсы, начиная засыпать вопросами собеседника либо просто и без затей сворачивал диалог.
Темнит мужик, есть что ему скрывать даже от случайных знакомых, что уж про Илью говорить — ведь четверо суток провели вместе. Может, он не хочет, чтобы выходящий на Большую землю Илья рассказал там кому-нибудь про его, Землемера, нынешние занятия и подвиги? Кто знает... Ведь он даже свои настоящие имя и фамилию не назвал. Правда, про свои звание и должность в колонии обмолвился. Вот и думай теперь — намеренно или нет. Хитрый мужик, тёртый жизнью, много знающий и умеющий. Покрутился вокруг Ильи двое суток, поменялся артами и исчез, провалился куда-то внутрь Долины.
Ну да ладно, сейчас уже не о нём думать надо, а о четверых крепко сбитых, молчаливых парнях за спиной, идущих за ним след в след в закрытую от всего мира блокпостами Долину. Он у них за проводника, так ему объяснили; обещали в штабе, что они и есть помощь, но берут Илью смутные сомнения. Все пятеро, как на подбор, хмурые, с безжалостной сталью в глазах, скупыми и точными движениями поправляющие на себе после спуска по каменной осыпи аммуницию, могли быть кем угодно: диверсантами-разведчиками, наёмными убийцами, но только не обычными спасателями.
Так и быть, посмотрим, как эти тренированные тела преодолеют первую полосу препятствий: до леса, с его Мясорубками осталось совсем немного. А пока же самое главное — достать из тайника пояс с камушками. До того места осталось, судя по запомнившимся ориентирам, с полкилометра. А там поглядим.
Лёгкий ветерок дул им вслед, слегка обгоняя и поторапливая, словно напоминая — Долина ждёт!

Отредактировано Tolyroid (26-04-2015 13:35:57)

0

22

Старенький кряхтельник написал(а):

Оно на кошечках тренироваться куда как сподручнее

Сперва прочитал как
"Оно на окошечках тренироваться куда как сподручнее"
И подумал, что Дед тут за линкус агитирует  :crazyfun:

Отредактировано Renson (26-04-2015 14:43:55)

0

23

Кстати (или некстати):
1. Придется заново переделывать свой "Забытый маршрут", так как начало в нем идентично началу "Дно ущелья". Что объяснимо — когда-то мы с Пашей едва не попытались соавторствовать. Да я оказался тот еще лентяй :)
2. Насчет написания рассказов — старче, ты будешь смеяться, но до Чернильницы я рассказы вообще не писал. Всё началось именно здесь, на наших пристрелках. Так что "фсё ишшо спереде, фсё ишшо спереде..." (пою).
3. Паша, начни критиковать. Для чего выбери любой текст (лучше слабенький, в котором ошибки сами в глаза лезут), создай тему в тренажерке и далее по здешним несложным правилам. Поверь, столько обнаружишь и у себя потом!!!!

Короче, вливайся по полной  :rain:

0

24

Есаул написал(а):

Кстати (или некстати):
1. Придется заново переделывать свой "Забытый маршрут", так как начало в нем идентично началу "Дно ущелья". Что объяснимо — когда-то мы с Пашей едва не попытались соавторствовать. Да я оказался тот еще лентяй
2. Насчет написания рассказов — старче, ты будешь смеяться, но до Чернильницы я рассказы вообще не писал. Всё началось именно здесь, на наших пристрелках. Так что "фсё ишшо спереде, фсё ишшо спереде..." (пою).
3. Паша, начни критиковать. Для чего выбери любой текст (лучше слабенький, в котором ошибки сами в глаза лезут), создай тему в тренажерке и далее по здешним несложным правилам. Поверь, столько обнаружишь и у себя потом!!!!

Короче, вливайся по полной

Ок. Буду всеми струями души вливаться в ваш крепко спитый коллектив.  :yep:

0

25

Продолжаю. Заранее и на будущее прошу прощения у старожилов за нерегулярность появления в Чернильнице. Живу, к моему огромному сожалению, в реальном мире, который ( вот же свинство! ), требует к своим проявлениям внимания и посильного участия.

Идём в Долину и будь, что будет!

-С облегченьицем!
Пока Илья "отошёл в кустики" за тем самым, спрятанным под камнями заветным поясом с "камушками", спасатели успели накрыть на траве небогатую, но весьма аппетитно пахнущую "поляну" и по-хозяйски обжиться на небольшом каменистом пятачке среди сухих ковыльных грив, лениво колыхавшихся вокруг базальтово-ардолитовых россыпей. Весело и романтично потрескивали сухостойные ветки и сучья в небольшом, как из учебника аккуратном костерке между трёх, поставленных на торцы продолговытых базальтовых камней.
Вокруг него туристические коврики расстелили, консервы вскрыли, энергетик в небольших бутылках-сосках достали., ралили по кружкам ещё не остывший чай из термосов. Командир группы, Сержант, увидев выползающего из кустов парня, отрывающего на ходу шарик репейника от рукава, махнул рукой — "давай к нам". Илья присел возле своего рюкзака, покопался в нём, где-то на дне нашёл упаковку с влажными салфетками и тщательно вытер руки. Нельзя даже намёком дать понять, что ходил он в кусты совсем не для того, чтобы "оставить след на родной земле". Нет, он не скажет им пока про пояс и его содержимое. Хоть и идут они спасать его товарищей, но слышал Илья краем уха разговор ещё там, на ихней базе. Краем уха, не всё, но даже то, что влетело в уши вселило в него нешуточные опасения в том, что вся операция затеяна именно по его просьбе.
Дело было уже в последний перед выходом в Долину вечер. Его уже познакомили с ладными молодыми мужиками, которых ему представили как спасательную команду из следопытов и врачей, в сотый, как минимум, раз он прошёлся с ними по подробной карте Долины, рассказывая про особенности рельефа и возможные аномалии на маршруте, перечитал в n-ный раз инструкцию по обращению с новейшим ГЛОНАСС-навигатором и вышел на улицу, подышать свежим воздухом перед сном. Днём посмотрел ТВ, посидел в интернете — лучше б подремал лишний раз или почитал чего из беллетристики. Судя по новостям, в мире за пол-года лучше не стало — катастрофы, взрывы, свары, войны... В Европах, Штатах и прочих ООН закатили в мае, оказывается, истерику по поводу экологической катастрофы возле Байкала, потом затихли — войны и биржи куда важнее какого-то занюханного сибирского ущелья. И всё, где-то с июля ни одного упоминания. Нефть, доллар, войны, кровь, кровь, кровь... Чем больше жертв, убитых, раненых, тем "интереснее" новость. Аж захлёбываются от радости — "погибло двести человек! Мы первые сообщили!!" Журналистам, радостно вещающим в эфир эту мерзость, в аду уготовано специальное отделение, где их будут убивать сорок пять раз в секунду. Редакторов новостей — все двести раз. Да и то мало.
  Воли ему в посёлке заправлявшие порядками секретчики так и не дали, оставалось бродить вокруг огороженного колючкой приземистого домика из белого кирпича — бывшей совхозной конторы. Сойдя с высокого крыльца, он повернул влево по давно растрескавшейся отмостке и, глядя на север, в сторону невидимой отсюда Долины, медленно шагнул за угол. Из окна над ним доносились приглушенные двойными рамами голоса и он, задумавшись, не сразу обратил на них внимание. А послушать их стоило:
...— не сразу, повторяю — не сразу! Задача его проста — вытащить своих напарников. Пусть и думает, что вы за ним в город тащитесь. Ни намёком его не разочаровывать!
-Всё ясно, товарищ полковник, никто до Калангоя и не пикнет.
Ничего себе, это Семаченко с самим Полковником о нём что-ли беседует?
-Смотри мне... Всё очень серьёзно, чтобы промахнуться, когда ещё такой шанс выпадет. Три группы коту под хвост, это уже слишком будет, берегите там себя. Смотрите, как он с аномалиями обходится, как ведёт себя на возвышенностях, всё, что только можно отмечайте, все аномалии по пути заносите в навигатор, нам всё пригодится...
Звуки то становились тише, то громче и звонче — видимо собеседники ходили по комнате от окна вглубь бывшего кабинета совхозного агронома ( Илья ещё в первый день прочёл потёртые таблички на дверях, бродя по коридорам от скуки.
*Что-то там было ещё, в том случайно подслушанном разговоре, что-то мельком проскочившее, невнятное слово, теперь не дававшее Илье покоя. Но он тогда, вдруг испугавшись, что его застанут за шпионским, по сути, занятием поспешил ретироваться обратно за угол. Вроде никто не видел, но всё-таки. Так и не дослушал, а ведь речь то о нём шла! Вот и догадывайся теперь, что за настоящая у этих "спасателей" задача и для чего он в самом деле им нужен. И ведь не откажешься от похода — сам несколько дней подряд просил о помощи, требовал, на коленях стоял, психовал и умолял. А вдруг он им как отмычка от аномальных полей нужен, а дальше — в расход? Вот блин, тогда вляпался. Не может быть, чтобы всё оказалось так просто и команда суперпрофи отправилась в битком набитую смертоносными аномалиями и закрытую от всего мира плотными кордонами Долину только лишь ради четверых, никому не известных простых геологов. Хотя на словах именно так всё и выглядело. Никогда Илья не считал себя гениальным стратегом способным на многоходовые комбинации и уж тем более не обольщался на предмет умения читать мысли. И вот уже почти сутки ломал голову — как, КАК понять, как определить, что в голове у его спутников? Почему он им не верит полностью — сам не понимал, но червячок сомнения всё точил его изнутри. И ведь ничего не сделаешь, если вдруг... Плывём по течению.
Задумавшись, он неловко шагнул к костру, покачнулся, слегка теряя равновесие, мельком опёрся на плечо долговязого, все его звали Белый. Тот даже не повернулся, шумно хрустя чем-то съестным и щурясь на скачущие языки пламени. ( В доску свой, епт. Че меня так на измене колбасит? ) Подсел к костру, привычно прислушиваясь к ощущениям в голове — зашумит-не зашумит тоскливо и усыпляюще. Нет, не слышно вроде. Его спутники, окружившие аритмично дышавший рыжими лохмотьями костёр, спокойно ели и молча поглядывали по сторонам. "Мыслями, что-ли они общаются?" — в который раз за сегодня подивился их молчаливости Илья. Ан нет:
— Присаживайся, давай уже обедать, тебя ждали, — сержант на правах старшего первый подал голос. С облегчением, — добавил он, улыбаясь резко очерченными губами с заметным шрамом в углу рта.
Остальные всё-также молча, впрочем не угрюмо, а даже как-то приветливо смотрели на своего гражданского спутника и на лицах прямо-таки читалось ожидание. Но не успел Илья ещё подумать о природе происхождения этой заинтересованности, как всё разрешилось само собой:
— И расскажи уже, наконец, с чего там ( он махнул рукой на северо-восток, в сторону Ойонхола ) вся эта бодяга началась? Ты ж, как нам говорили, почти в самом эпицентре тогда оказался?

0

26

Мое видение
Уважаемый автор, надеюсь на ответку) Заранее спасибо)

0

27

Tolyroid написал(а):

команда суперпрофи отправилась в битком набитую смертоносными аномалиями и закрытую от всего мира плотными кордонами Долину

:disappointed:

Задумавшись, он неловко шагнул к костру, покачнулся, слегка теряя равновесие, мельком опёрся на плечо долговязого, все его звали Белый.

:canthearyou:

Tolyroid написал(а):

( В доску свой, епт. Че меня так на измене колбасит? )

Что это было?

Прислединяюсь к сэрам выше. По первоглавизму сюжет оценить нельзя.

История по мотивам игры по мотивам известного романа двух популярных братьев-фантастов. Которые сами написали свой шедевр по мотивам знаменитой сказки, придуманной по мотивам очень старых околорелигиозных мифов. Которые имеют родителей из совсем уж дохристианских эпох. Спиральное дерево. Крутится, ветвится. Каждая ветка крутится и ветвится. И всё возвращается на ту же точку, откуда пошли корни, только каждое возвращение получается с новой стороны и на новой высоте. Высота не обязательно выше предыдущих. Тут главное же новый ракурс. Вот я и последовал этому принципу.

Зубы попрошу не заговаривать.

0

28

Спасибо, ребята. Всем критикам благодарен за найденные у меня в тексте многочисленные ( даже очень многочисленные ) огрехи орфографии. Хорошо, когда есть кому взглянуть со стороны. Обязательно учту все ваши замечания. 
Сержант — это кличка, прозвище, армейский позывной. Называйте как хотите. Ни фамилий, ни имён не будет. Только у ГГ.
Теперь, что касаемо сюжета. Окончательная ясность наступит, как водится, в финальной сцене. А пока похоже на сталкерскую тему. Никаких зубов, никаких заговоров. Всё абсолютно честно.
Это повесть. Страниц на сто-стопятьдесят. Я уже и сам думаю, что зря тут между ваших рассказов вклинился.

+1

29

Renson написал(а):

Что это было?


Эээ. Надо вспомнить.  :angry:  , зачем я это написал.

0

30

Что-то неловко мне как-то.

0


Вы здесь » Чернильница » Песочница » Дно ущелья.