Чернильница

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Чернильница » Колизей » Есть задумка


Есть задумка

Сообщений 1 страница 30 из 30

1

Ветераны форума, сух ли ваш порох в этих... пороховницах? Кто выйдет на бой с молодью?
Мысля такова. Старожил предлагает свою кандидатуру для дуели с новобранцами. Есть желающие?

0

2

Ну, давайте я.

0

3

Итак, первый пошел. Появляется противник — третье лицо, без разницы, молодь или ветеран, даёт условия. К судейству допускаются любой желающий — думаю, Боунапарте согласится, ибо не все новички еще с допуском, а хоца судейства многогранно-безпрезтразнога.

0

4

Милостиво дозволяю. Даже сам бы пострелялся — да корона глаза застит.

0

5

Спасибо, Кхал! Ну, ждемс!

0

6

Меня возьмите! Я и за тех и других могу!  :crazy:

0

7

Тема. Дождь в ЗО. Вечный дождь в ЗО. ПОЧЕМУ?

0

8

Ну, коль пошло движение...
Абр супротив Шпаны!
Сроки — до следующего воскресенья. Техты мне в личку. Объем — любой до вменяемого (тыщ пятнаднадцать, думаю, фатит).
Удачи!

0

9

Сроки и объем нравятся) Если можно, попробую. Или по одной битве за раз? Зараз.

Отредактировано Hugin (06-07-2014 16:16:25)

0

10

Налетайте все! :crazyfun:

0

11

Ремчик, да не вопрос. Будешь третьим — думаю, старые коллеги тока возрадуюца!

0

12

Отлично. Надеюсь, придумаю что-нибудь интересное.

0

13

Всё. Набор закончен.
Великолепная четверка присылает мне в личку до 12.00 следующего воскресенья свои работы. Если кто хочет еще схлеснуться — отписываемся. Будет новая тема.
Дед

0

14

Отправил! :flag:

0

15

Абр, ну надо тебе это? Ну посмотри на эту "шпану", разделают ведь тебя под орех! Сам почитай их произведения — у тебя же нет ни единого шанса! Ну пожалей ты свою шкурку, я же ее обещал...впрочем, неважно. Может, лучше пойдем ко мне в каморку, я тебе стописят бесплатно налью (деньги потом принесешь). А? Пойдем?

0

16

Пойдём, а то что-то тяжеловато после вчерашнего :confused:

0

17

АБРАКАДАБР написал(а):

Пойдём, а то что-то тяжеловато после вчерашнего

Ну вот и чудненько, вот и славненько... Пойдем, Абрушко. Пойдем. Сам же видел эту шпану — пишешь для них, стараешься... А они потом хихикают и пальцем показывают. Так что... Пойдем, Енотушко. Пойдем. Ты же знаешь мою щедрость — для тебя я последнюю рубашку сниму и втридорога прода... отдам.

0

18

Пришло три работы.

На дуель

— Н-е-е-е-е-е-е-е-т!!!
Крик, раздавшийся в подземном помещении без окон (да и, честно говоря, с неважно работающей вентиляцией), резонировал от тяжёлых бетонных стен, от обложенного плиткой пола и даже, вроде бы, от висячих тусклых ламп, после чего пронёсся на гребне звуковой волны к выходу. Часовые, облачённые в пуленепробиваемые экзоскелеты самой что ни на есть разпоследней модели, повскакивали было с молельных ковриков да похватали оружие, но поскольку сигнала об опасности от хозяев не поступило, вернулись на исходные позиции и продолжили увлечённо вращать головами.
Крикун набрал грудь воздуха, но неконтролируемый приступ кашля прервал едва начавшуюся арию. Так и сидел, заходясь в кашле, прямо на кафельном полу, около советского ночника, в окружении разбросанных книг. Одна из последних как раз покоилась на коленях возмутителя спокойствия.
Наш несчастный находился в небольшом зале, посередине которого возвышалась уходящая вверх металлическая конструкция круглой формы непонятного предназначения. У основания конструкции были закреплены несколько капсул длинной с человеческий рост, освещённые зелёной подцветкой.
Крышки капсул отошли вверх.
— Ну что там, блин? – донеслось из одной.
— Что-что… Опять юродивому нашему не спится, — сварливо ответили из другой.
— Тоже мне, бином Ньютона, — ответил первый голос.
Из третьей капсулы поднялся человек в комбинезоне «ЗАРЯ». Потянулся до мелодичного хруста костей, от души зевнул, вправил вывихнутую от зёва челюсть, почесал заросшую щетиной щёку, после чего поднялся и подошёл к сидящему.
— Кайданыч, чего честным людям спать мешаешь?
— Господи, — спина последнего сотрясалась от рыдания, — что за люди, Меченый, что за люди…

***
… Хахаля Маши повязали менты. Жалко, ибо он был богатый человек и девушка ни в чём не нуждалась. Усевшись на скамейку в парке, она ела мороженное и думала, как ей дальше быть. В институт поступать не хотелось. Решение пришло само собой, ибо она сразу вспомнила место, где можно разбогатеть…

… Петька всё продумал и уверенно делился планами с одноклассниками. Его брат давеча вернулся из Зоны. Он там с коллегами тестировал прибор на артефактах, чтобы помолодеть. Но Зона коварна и пробор давал обратный эффект. Поэтому Петя и хотел с одноклассниками смотаться в Зону после уроков. Вот прибавят они пару годков, повзрослеют и никто не будет над ними смеяться!..

… Рядовой Соколов конкретно задолбался. Злой сержант Петренко снова поставил его в караул. Так мало того, что под дождём стоять заставил, так ещё и сигареты стрелял со скоростью печенега! Соколов высказал, что об этом думает, но Петренко надул щёки, зашевелил усами и помахал перед носом новобранца пудовым кулаком! Рядовой, чья нежная, как цветок, душа была оскорблена до глубины души, едва сдерживал слёзы. “Всё”, — решил он, — “после смены бегу в Зону, предварительно стыбрив из столовой блокпоста ящик тушёнки. Там меня никто не будет обижать!”

… Сталкер Рембыч вяло толкнул плечом металлическую дверь, ведущую в подвал, где находился бар. Стальной страж спокойствия постояльцев слетел с петель. Плюнув в рожу охраннику, Рембыч спустился в зал и подошёл к стойке, у которой стоял бармен и протирал стаканы. Отмычки, завидев Рембыча, сразу забились в угол, бармен (которого Рембыч в качестве приветствия приложил головой об стойку) плеснул ему на три пальца водки, а потом спохватился и плеснул на всю ладонь и голову заодно, а самая красивая стриптизёрша заученно подошла, махая бёдрами, и опустилась на колени…

… Братья смотрели друг на друга со слезами на глазах.
— Как ты мог, брат? Я специально пришёл в Зону, чтобы найти тебя, я искал тебя два года…
— И ты меня нашёл.
— Но почему ты вступил в «Свободу»?!
— А почему ты вступил в «Долг»?
—  Мне нравится.
— Но ведь вы ошибайтесь!
— Нет, не правы вы! Зону надо уничтожить!
— Брат, ты не прав, брат, Зону надо сохранить, брат.
Оба махнули по стопарику для вывода радионуклидов.
— Что же нам делать, брат?
— Ты – из «Долга», я – из «Свободы». Мы должны пойти на Арену и сразиться на ножах.
Ему очень не хотелось убивать брата. Но брат был долговцем…
***

— Мда, — причмокнул губами Меченый, — явно не Шекспир.
— Ну, зачем они так? – трясясь, прошептал Кайдановский. — Зона требует к себе уважения, иначе она карает…  Зачем, — он слепо перебирал книги. – Зачем они так пишут? Тут же… На самом деле всё не так!
— Читатель рублём голосует, — пожал плечами Меченый.
— Так нельзя, — упрямо ответил Кайдановский. – Зона – это… Это всё… Наш дом… А они врут всё… Бред этот пишут, которого нет и никогда не было… Вместо того, чтобы правду, которая куда прекраснее и страшнее, писать…
Меченый помог ему встать.
— Тихо-тихо… Успокойся… Пойдём давай спать… А завтра мы макулатуру всю в «Жарку» кинем… Или Сидоровичу сдадим, у новичков, говорят, бумаги нынче дефицит...
Через пару минут Кайдановский уже лежал в своей капсуле. По щекам его не переставая текли слёзы…

Шустрый, пристроившись под навесом, окоченелыми пальцами пытался зажечь охотничьи спички.
— Слушай, Волк, я вот тут давно спросить хотел…
— Ну?
Волк отобрал у новичка спички и одним движением зажёг кину запасённой бумаги.
— А почему в Зоне постоянно дождь идёт?
— А почему Земля круглая? – в тон ему ответил Волк.
— В смысле?
— В смысле, — передразнил Волк. – Я почём знаю.
— Ну теория-то какая-то есть?
— Теория есть, — Волк закурил, нордически посмотрел вдаль и более мягким тоном продолжил: — Плачь это, сынок. Дождь этот есть слёзы Зоны.
— А-а-а-а… По ком тогда плачет?
— Да шут его знает… По нам, наверное…

0

19

Наёмник

Саркел взглянул на солнце – они шли по графику. Он так и планировал – быть у лагеря Прыги в два пополудни. Саркел вдохнул, раздувая ноздри — ветер уже доносил от стана ренегатов запах жареного мяса.  Борзеет Прыга.  Живёт как хочет, а не как Зона велит.
       Поэтому в его лагере делать Саркелу нечего. Ни одному ни тем более с  провожатыми – на расстоянии пяти шагов друг от друга сзади по воде хлюпали по пятам трое научников в своих дурацких оранжевых комбинезонах. Запах жареного… ветер… Саркел взял бинокль. Но уже и без бинокля было видно, как краснеет нижний слой облаков в стороне ЧАЭС.
        Из зарослей осоки выскочил на насыпь псевдопёс и бросился в сторону свалки. Небо разорвало вспышкой, земля затряслась и багровый пожар стремительным цунами бросился на Саркела.
        — Не добегу… – последнее, что успел он подумать.

        Выброс отгремел последними сполохами, земля успокоилась и с неба, затянутого грязной овчиной чёрных туч, хлынул холодный ливень. С возвышенности свалки в болота потекли мутные потоки. Падальщики выбрались из убежищ и разбежались в поисках поживы.        .       Навстречу расходящимися жёлтыми пятнами потокам со Свалки от Тузлы стремительной широкой струёй протянулась полоса прозрачной воды и окружила тело Саркела озерцом.
        Вокруг тела поднялась рябь, забили крохотные фонтанчики, заключая тело сталкера в прозрачный саркофаг. Набежавшие собаки, потащившие из воды, рыча и грызясь между собой, трупы в оранжевых комбинезонах  пробегали мимо водяного пузыря не обращая внимания на сотрясающееся внутри как в конвульсиях тело.

       »...как не станет перемен и увидите  что всё что есть, то и было и нового нет ничего под Луной,
        И не будете знать куда идёте и с кем — не пейте больше крови.
        Возьмите воду. Ту, что даю вам с небес и ту что она даёт вам из лона своего.
        И будете разделяться по роду своему. Ибо пришло время разделиться.»

       — Давно не было у меня гостей из Рыжего Леса-Лесник достал из ящичка с красным крестом шприц и две ампулы.
       — И скоро не жди – Шрам, голый до пояса сидел на табурете, обматывая бинтом глубокую рану на боку, — я вот тоже,  знал бы раньше, что там за зоопарк – не сунулся бы. Как ливень влупил, полезли отовсюду как менты на малину. И вообще – завязываю я с этими делами.    .       — Мне-то оно нахера, а?  Я вообще никому нечего не должен.  Пусть сами разгребают. Нажрался я, сваливаю.
        — И куда ты надумал?
        — Да хоть куда, лишь бы из Зоны. Везде люди живут. Не пропаду.
        — И продать есть что?
        — Найдётся – Шрам заправил конец бинта
        — Говорят, ты после Выброса жив остался. Помнишь о себе что-нибудь?
         — Нет, ничего не мог вспомнить. Кто я такой, как в Зону попал –ничего.  Наёмник – и всё.
         — А почему наёмник?  Не вольный сталкер? Или не бандит? Ребята из ЧН тебя в нормальном бандитском прикиде нашли...
        — Не знаю. В ЧН у меня и знакомых много и корешей пара-тройка отыщется.  Но чувствую – не моё это. Просто не их я. Да и ничей, наверное. Сталкер, говоришь? Валерьян что-то не торопится меня к себе брать. Говорит – побегай по Зоне, там видно будет.
        — Валерьян ? Это какой Валерьян? – Лесник наморщил лоб, тот кто на Кордоне заправляет?
        — Нет, тот кто в Рыжем лесу загорает.
        – Ну, сам видишь, куда ему торопиться? Значит так кости легли  — Лесник хмыкнул — Тебе. По Зоне бегать. Валерьян, ну тот, что на Кордоне заправляет, знает что говорит. И то, что ничей ты теперь  — это тоже верно. Как и все, кто после Выброса глаза  открыл – ничьи и сами не свои. Один у нас у всех хозяин. Вернее – Хозяйка. И все мы её наёмники. Наёмники Зоны.
         — И Стрелок ваш?
         — Ну, пока не наш. Пока. Стрелка время ещё не пришло. Может его и выберет Хозяйка . А может и нет.  Пока она выбрала тебя. И задачу тебе дала. Выполнишь задачу – будет тебе награда.
          — Какая награда? Я у Зоны ничего не просил, да и не надо мне ничего.
          — Не просил, говоришь…  Может словами и не просил. Её ведь просить не надо. – Лесник набрал в шприц  жидкость из одной, другой ампулы и подошёл к Шраму.
         — Чего это?
         — Сывортка. После твоих приключений без неё никак. С кровососом целоваться предосудительно, я тебе скажу. Как врач. Ложись на кровать, руку — на стул.
          Лесник перетянул руку сталкера жгутом и медленно ввёл содержимое шприца в вену.
         — Горячо? Полежи немного,— Лесник бросил ампулу и шприц в ведро, снял со стены флягу, налил полный стакан воды. Со дна стакана устремились вверх и зашипели, разбрызгивая искры, пузырьки.
          Лесник поставил стакан на стул возле кровати и бросил взгляд на лежащего с закрытыми глазами сталкера,— заодно и вспомнишь – тихо сказал, одел плащ и вышел, осторожно прикрыв двери.

         »...и не верьте тем, кто говорит вам: было так, или так будет, ибо, воистину,
          Не может быть у людей памяти о прошлом и нет о будущем.
          Память ваша — во мне — и мне давать вам ваше прошлое и ваше будущее.
          И те что были до вас, те, кого вы, беспамятные, называете отцами вашими, не вместили знания.
          И затопило оно их как вода.
          Сорок дней шёл дождь и не смогли вместить и сорок лет ходили пустыней и просили о дожде.
           Сорок лет дождя дам я вам сейчас — может быть хватит вам сорока дней пустыни"

          Дождь.  Прозрачные, сверкающие как подвески горного хрусталя дождинки протянулись цепочками ДНК из наполненых мерцанием светлых облаков к земле. Обод радуги упирался краями в две гряды невысоких холмов, обнявших яркую весёлую долину. Склоны холмов, прорезанные кристальними родниками, сплошь поросли молодым дубовым лесом,  под  сенью мощных,  как бьющие фонтаны деревьев укрыты дома.

         Мимо стайки детворы, пускающей под дождём в ручейке кораблики, прошёл через мостик из свежих, ещё точащих смолу досок, молодой, статный белокурый парень. Отошёл подальше, постоял немного, любуясь играми детворы и зашёл в маленький домик, прилепившийся к склону невысокого гранитного кряжа. Прошёл маленький коридор, подошёл к стене и прислонил к ней ладонь.
         Стена разошлась, открывая вход в огромное, освещённое как солнечным светом помещение, поделенное прозрачными загородками на соты в которых работали возле установок, приборов и сосудов множество людей.
         Парень, приветствуя и улыбаясь,  прошёл в затемнённую сторону эала и, взглянув в окуляр набрал код на вмонтированной в дверь клавиатуре.

         »...что вы думаете о духе? Кто его даёт и откуда Он приходит? И фараон, глядя на небо, изливавшееся потоком
          Не знал, что он получает. И Иордан не из льдов водой полнится. Истину для жаждущих сберёг я как дождь для горящих.
          Так и лёд  как алмазы Любовь мою венчает — для последних дней. Время уже близко.»

          Двое у стола.  Один седой с изрезанными морщинами лицом присел на край. На столе разложено обычное с виду сталкерское снаряжение. У входа лежит громадный пёс, положив на лапы голову и наблюдая за людьми.
             Молодой парень опустившись на колено завязывает берцы.
            — Повозиться пришлось — говорит старший. Но получилось стильно – ну-ка проверь напоследок. Молодой выпрямляется и сдвигает ботинки – подошвы касаются друг друга и юноша подымается в воздух. Он берёт руками пояс и стягивая и отпуская его делает круг по помещению.
            — Если не увлекаться – то  хватит. Остальное я сегодня тоже проверил. Вот сводка – старший ударил по клавише монитора – на экране проявилась картина перемещения воздушных потоков. Это картина на сегодня. К твоему приходу на место прогноз такой – он пробежал пальцами по клавиатуре.
             — Мощный поток из Гренландии, хвала Перуну, как мы с тобой и ожидали, должен  быть за девять дней.
             — Помогает матушка Земля?
             — Она, всегда помогает.  Плавит ледники. Древнейшие знания, Руслан. Мы и представить не можем какая информация к нам идёт.       Но, видно, пришёл Кащею карачун.
             — Чистое Небо сообщило о готовности разрядить  облачный массив в обычном режиме.  Дожди пойдут в Лиманске, в Рыжем лесу и над шахтой  – ожидаем снижение агрессивности мутантов, повышение активности пассионарных светлых и депрессивные психозы темных.
Это как раз твой конечный отрезок пути, выход к шахте и начало спуска. Потом подойдёт тёмная облачность с северо-востока — Кащей тоже собирает силы.
             — За прошлый месяц появилось два источника живой воды. Один, уже воздействующий на ДНК,  на Тузле, твоей точке входа в Серую Зону и ещё один, слабенький  пока,  на полянке артефактов на Свалке.
— Саркел?
— Он.   Ликвидировал базу и лагерь кащенитов. Сейчас у него проблемы. После того как он спустил в разлом омут контролёров Кащей  его увидел. Рыжий лес Саркел прошёл уже на честном слове.
— Он уже у Лесника?
— Получает подпитку. Лесник считает необходимым вернуть ему часть  памяти. Парень выжат как портянка. Нужна дополнительная мотивация.
— Часть памяти…Светозар, он же не славянин.
— Ты же знаєш, Рус, как говорят в Чёрной Зоне: «Нельзя возвращаться по старой дороге»
— Это пароль. Мы будем возвращаться именно так. Саркела поддерживает промежуточный эгрегор части ноосферы народа, вытесненного из этих мест.  Часть своей работы он уже сделал. Ему осталось инициировать посланника Одина. И тот расчистит нам путь.
И пожалуйста, Руслан,  маршрут выбран так, что ты не должен никого встретить по дороге. Исключая мутантов.  Ну с ними Тризор разберётся (пёс услышав своё имя поднял голову). А ты уж будь аккуратней. Никаких контактов. Только в исключительных случаях и желательно на ментальном уровне.
— Оружие в порядке.  Кристаллы с ноля.
         Руслан взял ПМ, повернул по часовой стрелке до щелчка ствол и, прицелившись в мишень на дальней стенке,  нажал спусковой крючок. Луч, вырвавшись из ствола на мгновения соединил его с центром мишени, оставив в ней аккуратное отверстие.
— Ну АКМ я проверять не буду.
— Можешь проверить , только генератор звука  отключи. Четыре магазина – всё что смогли подготовить.  Так, что будут по дороге выверты – бери, надо пополнять арсенал.
— Скафандр?
       — Группа идёт в Лиманск. Воронин отправил лучших. Место схрона скинут.
        Старик обошёл стол,  достал из вмонтированого в стену сейфа два булыжника и положил их на стол.
      — Ну и, наконец, главное. "Разрыв — камень", как ты говоришь. Когда ты его установишь — будет не до лирики. У вас с Лесником на всё, про всё — четыре часа — потом оболочка плавится, ядра соединятся — и Кащееву яйцу карачун. Лесник говорит, что дальше уже ждать некуда. Вода тяжелеет. Структуры уплотняются. Другого шанса у нас не будет. Руслан, это уже мозг, если не успеем — он начнёт обрастать плотью.

        — Как интересно меняются графы потоков, Мстислав Борисович,— младший научный сотрудник метеоцентра Хельга Ольгердовна, обработав спутниковые данные, скинула массив на сервер,— никто не мог прогнозировать ещё двадцать лет назад такое скопление влаги над Украиной. И в  районе ЧАЭС, как всегда, эпицентр облачности
         — Да нет, кому положено — прогнозировали, — начальник отдела улыбнулся сотруднице — и давно, ещё с "Розы мира". Вода — это  энергия, информация. Она её несёт и получает. Грядут перемены, Хельга.
         — Столько дождей. Удивительно, как ещё не смыло всё. Наверное вода уходит в разлом между плитами.
         — Не вся, к сожалению. Часть собирается в огромном естественном резервуаре под ЧАЭС. Вода с тяжёлой чёрной энергетикой, рождающая монстров из генетического материала Зоны Отчуждения. Да, Хельга, что Вы так смотрите? — принцип тот же, что при клонировании.
       — Эйцехоре Гартунгра....
       — Или яйцо Кащея, если угодно.
       — Нет, неугодно,— женщина улыбнулась,— надо его разбить. И сломать иглу. И тогда Кащею конец. А кто слушал — молодец!
       — Ну Вы у нас всегда молодец, Хельга Ольгердовна. Спасибо! Я ещё задержусь.

        Дождавшись ухода сотрудницы, Мстислав проверил защиту сервера, запаковал массив данных и набрав тему"Смерть Кащея" запустил рассылку.
         
           
       »....и будете делать не то что хотите, а то что вам должно сделать.
        Ибо не дано вам знать ни правого ни левого, ни яви ни нави.
        Когда была у вас явь — хотели лучшего, было много- хотели одного.
        И когда умерли в нави — думаете, что живы.
        И я, ваш Отец истинный, не стал бы помнить бы о вас,
        Ибо идёте вы путями пустынными и нет в вас раскаяния.
        Хвалите и любите вашу мать. Мать вашу — что поит вас жизнью, от которой вы отреклись
        И просит о духе, которого вы не собираете
        Ибо сосуды ваши рассохлись, как поленья и годятся только как дрова для огня »

       Сгорбленный, перетянутый веригами монах, закрыл глаза. Сердце выпрыгивало из груди. Трясущейся рукой он присыпал песком лист,
и отодвинул его к краю стола. Он принял послание. Он жил для этого. Он вышел на крыльцо своей кельи под дождь — и ещё успел поднять руку в движении, в котором, нажавший на спусковой крючок увидел угрозу.

Эпитафия Зоне

— Один час до Зоны Отчуждения!
    Голос проводника вывел Олега из состояния полудремы. В поездах он не мог сопротивляться убаюкивающему стуку колес и неизбежно проваливался в сон. Даже теперешняя волнительная поездка не изменила этой привычки. А вот Толя, развалившийся на противоположном сиденье, так и ерзал от нетерпения, то и дело приникая к окну, чтобы как следует разглядеть мрачные пейзажи предзонья.
    — Никаких деформированных деревьев или испещренной трещинами земли я пока не увидел, но все равно здесь чувствуется дух Зоны: какое-то загробное уныние, жалость и величие одновременно, загадочность.
    Олег посмотрел в окно:
    — Не вижу отличий от всех остальных пейзажей, что мы проехали.
    — Ну ничего. Приедем в Зону, отличия на тебя с неба посыпятся, — хмыкнул Толик.
    Слова друга заставили Олега поежиться. Хоть он и тщательно скрывал это, перспектива вскоре оказаться в месте, где раньше погибали от когтей чудовищ, воздействий аномалий и странных выбросов энергии сотни людей, его несколько пугала. Но ему нравилось это чувство. Риск, романтика, дух приключений — он ожидал этого и хотел отразить в своей книге. Пусть о Зоне уже выпущено несколько книг, но все они дешевая беллетристика, как говорил отец, и ничто в них не соответствует действительности. Очевидно, что их авторы никогда не были в Зоне и все поймут это, когда Олег выпустит свой труд. Конечно, за пару десятков лет Зона изменилась, но насколько?
    Они довольно долго сидели молча, каждый погруженный в свои мысли, но тут их отвлек частый стук, доносящийся сверху.
    — Что это? — Толя удивленно посмотрел на потолок, но мгновение спустя понял, в чем дело.
    За окном шел дождь. Не дождь даже, а настоящий ливень. Тяжелые капли, словно снаряды, падали с неба и гулко разбивались о землю. Асфальт уже был полностью темным от прошлой бомбардировки, но дождь все равно оставлял заметные кляксы на его поверхности. Олег с удивлением обнаружил, что капли падают хоть и часто, но довольно медленно, и он может хорошенько разглядеть почти каждую из них. Они похожи на миллионы маленьких самоубийц, один за другим решивших сброситься с большой высоты. Вот они медленно летят вниз, считая оставшиеся до падения секунды, а потом вдребезги разбиваются о твердую землю. Брызги летят во все стороны, но ты не успеваешь пожалеть их, потому что на подходе уже другая тысяча таких же, решивших покончить с жизнью.
    — Ну, нас предупреждали о том, что здесь постоянно дождит, — тихо протянул Олег.
    — Да, но не на столько же. Даже отсюда слышно как по крыше стучит.
    — Ничего. У нас крепкие зонты и капюшоны на куртках. Дождь будет меньшей из наших проблем.
    Глаза у Толика засверкали:
    — Говори тогда в настоящем времени. Дождь идет, значит мы уже в Зоне. Мог ты представить, что когда-нибудь окажешься здесь?
    — Мог конечно. У моего отца здесь участок. Отец жить вечно не мог. Помер он и вот я здесь.
    Толя немного сконфузился:
    — Это был риторический вопрос.
    Поезд стал замедлять ход и вскоре остановился. Друзья собрали вещи, похватали зонтики и вышли на перрон. Они сразу же раскрыли их, но все равно успели промокнуть. Дождь лил без пощады.
    — А я ведь мечтал о холодном душе, когда мы ехали сюда, — проворчал Толик.
    Олег увидел, что вместе с ними из поезда вышли еще человек пять от силы. Атмосфера ужаса, возможно теперь мало соответствующая действительности, все еще сдерживала весь цивилизованный мир от участия в артефактной лихорадке. Да и власти, очевидно, не спешили трубить об этом на каждом шагу.
    Солнце почти зашло, на перроне стояла полутьма. Невдалеке кучковались три домика, в одном из которых наверняка производилась запись новоприбывших. Олег, любивший разбираться с важными делами в первую очередь, кивнул на них Толику.

                                                                                       ***

    Они направлялись к своей следующей цели — поселению неясного типа под названием Новый Доусон. Раньше это вроде бы была деревенька, а сейчас скорее небольшой городок. Чиновник, у которого они записались, посоветовал обратиться к некоему Сидоровичу. У него можно было приобрести все необходимое. Идти было недалеко, за завесой дождя впереди с трудом угадывались силуэты зданий, но почти полностью покрытая лужами дорога значительно замедляла движение. Кроме того, уже основательно стемнело, поэтому друзьям пришлось включить фонарики.
    — Кажется, конец настал моим ботинкам. Чувствую как подошва воду пропускает, — пожаловался Толя.
    Олег только усмехнулся и вдруг остановился:
    — Вот это я понимаю. Зона. Только приехали, а уже проблемы. Но, если отбросить участок и артефакты, разве не за этим мы сюда явились? Я прямо чувствую, как опасность поджидает нас впереди! Что бы мы делали дома? Умирали со скуки. Здесь другое дело.
    Олег опустил зонт и подставил лицо дождю.
    — Что ты делаешь? — спросил Толик.
    — Я как губка впитываю вдохновение. Подобно тому как этот дождь обрушился на нас, Зона обрушится на читателя со страниц моей книги.
    — Ладно, Джек Лондон, пошли уже. Сейчас не время витать в облаках.
    Через некоторое время они, наконец, добрались до Нового Доусона. По обеим сторонам дороги высились грубо и словно наспех выстроенные деревянные дома, но кое-где попадались полуразрушенные каменные постройки. Через гигантские лужи были перекинуты доски, чтоб удобнее было ходить. У некоторых зданий стояли пустые повозки. Редкие одинокие фигуры праздно и молча шатались по улице, хлюпая ногами и освещая себе путь.
    Луч фонарика скользил тут и там, пока не наткнулся на очередные развалины. Олегу почудилось, что там шевелятся какие-то неясные тени, и он решил подойти поближе, пока Толя разговаривал с каким-то прохожим. У дома, который привлек внимание Олега, начисто отсутствовала крыша, поэтому темные силуэты на полу то и дело ежились от крупных капель дождя. Увидев же, кто приютился в столь неудобном убежище, парень невольно вздрогнул. Это была свора поистине ужасных на вид собак. Ссохшиеся, худые до того, что видно ребра, израненные и лишь с парой клочков шерсти – это те, кто выглядели лучше остальных. Прочие – изъеденные струпьями и язвами, со свисающей с боков кожей, обгорелые и словно вывернутые наизнанку. Олег почувствовал, как у него скрутило живот. Одна собака подняла шишковатую голову и уставилась на него белыми невидящими глазами. Нападать она, по-видимому, и не думала, лишь высунула язык, похожий на вяленую рыбу, и часто-часто дышала. Бедные твари. Какие, должно быть, страдания причиняет дождь, капающий на их искалеченные тела. Парень решил уйти подобру-поздорову.
    Его окликнул друг, который стоял теперь в одиночестве у двери двухэтажного деревянного дома.
    — Нам сюда. Здесь живет Сидорович, — сообщил Толик.
    — Я только что видел собак в развалинах. По крайней мере одна из них слепая.
    — Ну и что?
    — Отец рассказывал о слепых псах немного. Опасные твари. Нападают группой, стараются зайти за спину и повалить на землю. Трусоватые, но подлые. А эти какие-то неагрессивные. Большинство на меня вообще внимания не обратили, хотя наверняка унюхали.   
    — Может это обычные песики, просто в скверном состоянии, — пожал плечами друг.
    Он постучал в тяжелую дверь. По ту сторону послышался громкий кашель, потом шарканье ног и звук отпираемой щеколды. С порога на друзей воззрился крупный старик лет семидесяти на вид. Седые волосы ежиком и щетина на двойном подбородке, водянистые глазки бывалого пьянчуги, красный нос картошкой, толстые губы, расплывшиеся в доброжелательной улыбке.
    — Здорово! Чего надо, парни?
    — Ты Сидорович? – спросил Олег, хотя почему-то был уверен, что это он и есть.
    — А то. Новенькие здесь?
    — Верно. Нам сказали, что у вас можно закупиться всем необходимым.
    Сидорович кивнул и сказал:
    — Проходите.
    Друзья сложили зонтики и вошли в берлогу торговца. Сидорович махнул рукой на вешалку и, сунув крепкие волосатые руки в карманы своей коричневой жилетки, стал ждать пока парни снимут куртки.
    — Ботинки тоже снимайте, а то наследите мне тут. Вон специально для вас тапки стоят.
    Дом внутри был довольно уютный. Коридор вел прямо к лестнице на второй этаж, слева от которой находилась запертая дверь. Справа виднелась гостиная с удобными на вид креслами, диваном и камином. На стенах висели разные картины, пол устилали ковры. Мебель казалась грубой, но надежной.
    Когда парни разделись, Сидорович поманил их за собой и направился к лестнице.
    — Хотите приобрести участок?
    — Нет, он у нас уже есть.
    — Хм, вот как? И где же?
    — В Темной долине. Думаю, вы знаете, где это.
    — Еще бы. Неплохое место, очень неплохое. У вас, верно, есть карта, где отмечен участок?
    — Имеется.
    — Можно взглянуть?
    — Пожалуйста.
    Олег достал из кармана сложенную бумажку и протянул Сидоровичу. Тот недолго поизучал карту и довольно хмыкнул, возвращая ее обратно:
    — Отличный у вас участок, парни! Сразу две аномалии: электра и жарка. А каждая из них еще и несколько видов артефактов производит. Кроме того, я заметил, что рядом с вашим участком стоит еще один. Не такой хороший как у вас, но совсем неплохой, черт подери. И он пока еще никому не принадлежит. Можете приобрести, а то уведут у вас из-под носа.
    Олег отклонил предложение:
    — Спасибо, но нам хватит и своего участка.
    — Как знаете, — не стал уговаривать их торговец. – Мы почти пришли.
    Поднявшись на второй этаж, они оказались в просторной комнате, уставленной разным барахлом. Тут была одежда, какие-то приборы, карты, электронные устройства, даже книги. Сидорович потер руками и заговорил:
    — Значит так. Самое главное, что вам нужно для добычи артефактов – вот этот детектор модели «Велес» и специальный контейнер. Детектор достаточно прост в обращении, разберетесь сами. Он высвечивает место рождения артефакта на дисплее, но проблема в том, что артефакт изначально невидим и постоянно перемещается. Так что будьте внимательны, выслеживая его, и не попадите ненароком в аномалию. Такие идиоты всегда находятся. Когда будете уверены, что вычислили точное местоположение артефакта – накройте его контейнером. Он начнет впрыскивать специальный газ, который сделает артефакт видимым для вас, чтоб можно было полюбоваться. Дальше сами знаете что делать. Также вам понадобится проводник, чтобы довести до Темной долины. Хотя бы на первый раз. Следующее непосредственно связано с дождем. Хоть он и дар божий, но дороги и тропы превращает в говно, так что вам понадобится повозка, запряженная парой хороших «лошадок». Хм, нет. Поклажи у вас мало, так что хватит пока и одной. Ну, и последнее – нормальная одежда. Крепкие сапоги и кожаные плащи с капюшоном. Кажется, из необходимого я ничего не забыл.
    — А оружие? – спросил Толик.
    — Нахрена вам оружие? – удивился Сидорович.
    — Я слышал, что в Зоне много бандитов. Кроме того, враждебные кланы постоянно воюют. Ну, и вообще, мало ли кто подумает напасть на нас.
    Торговец лишь хрипло усмехнулся:
    — Нет, парень, это в прошлом. Сейчас тут честные люди трудятся. А тех, кто пытался честным людям мешать, запугивать да убивать, власти уже давно пересажали. Хочешь, не хочешь, а порядок соблюдать надо.
    — А мутанты? – спросил Олег и удивился, различив в своем голосе нотки надежды.
    — Мутанты… Да пойдемте вниз, сами увидите.
    Они спустились с лестницы, и Сидорович сказал:
    — Я пока дверь открою, а вы возьмите зонты. Мой тоже захватите.
    Как оказалось, дверь, которую увидел Олег, вела на задний двор. Лило по-прежнему как из ведра, но тут уж удивляться было нечему. Шокировало друзей другое: на земле разлеглось штук десять громадных мутантов. Их пока еще трудно было разглядеть, но сомнений быть не могло – это уже самые что ни на есть мутанты. Мускулистое туловище, покрытое короткой облезлой шерстью, не менее впечатляющие своими размерами четыре лапы с острыми когтями и уродливая одутловатая голова, дикая помесь звериной морды и человеческого лица.
    — Вы главное не бойтесь. Ничего они вам не сделают, — спокойно проговорил Сидорович.
    Он подошел к одному из монстров, потрепал по голове и заставил встать на все четыре лапы. Чудище нисколько не сопротивлялось, не проронило ни звука, вообще казалось, что ему на все наплевать. Торговец попросил друзей подойти поближе. Когда они сделали это, Толик, не выдержав, грязно выругался. Олег пытался держаться, но руки его трясло. Слева от головы твари, плотно примыкая к ней, находилась еще одна голова. Она была много меньше первой, но в тысячу раз уродливей, потому что была деформированной и, видимо, недоразвитой.
    — Химера, — представил мутанта Сидорович. – Адская тварь. Вернее, была такой. Сильная, быстрая, неуловимая. Сталкер, бывало, и пикнуть не успеет, а ему уже порвали шею. Да и если просто на тебя такая махина свалится, точно все кости переломает. Идеальный охотник. Сейчас, конечно, о былой стремительности и речи не идет, слишком заторможенными они стали. Но сила осталась. Так что мы их в повозки запрягаем, чтоб людей или груз какой возили. Через любую грязь пройдет.
    — А почему они стали такими? – спросил Олег.
    Сидорович с улыбкой посмотрел наверх:
    — Все он, дождь родимый. Уж и не скажу точно, когда он начал идти, не прекращаясь. Наверное, когда сталкеров в Зоне стало особенно много. Тогда полил этот дождь. Постепенно стали происходить изменения. Аномалии, например, теперь хорошо видны при дожде, перестали перемещаться и почаще выбрасывают артефакты. А мутанты, вон, всю агрессивность растеряли, покорились. Или им просто все равно. Ну, мы их теперь используем для всяких нужд.
    — Значит, бесконечный дождь полил, когда в Зоне стало слишком много людей? Интересно, — пробормотал Толик.
    — А мне нет. Главное, что вся херотень закончилась и можно нормально бизнес вести. А то пошлешь кого-нибудь по заданию, а он в лапы к бандитам попадет или еще чего. Короче, я предлагаю вам вот эту химеру, идет?
    — Идет.
    — Ее, кстати, зовут Лея. Ну, не будем стоять под дождем. Пойдемте ко мне. Вы ведь завтра утром уезжаете? Хорошо. Я успею все приготовить, найти проводника и запрячь химеру.
    Когда все было улажено, Сидорович на радостях от получения кругленькой суммы, предложил пойти в салун. Выпить за знакомство и удачную сделку. Друзья согласились.
    Салун также представлял собой двухэтажное деревянное здание, но был больше, чем дом торговца. Изнутри доносилась музыка и веселые хмельные голоса. Заходивший последним Олег, задержался и увидел, как из-за угла выворачивает гигантское нечто сферической формы, похожее на Тираннозавра с его мощными и длинными задними и короткими и слабыми передними конечностями. Это нечто за поводок вел кто-то в черном плаще с капюшоном. Парень порадовался, что темнота надежно скрывает этот ужас и поспешил зайти в салун.
    А в нем царила совершенно другая атмосфера. Народу было столько, что яблоку негде упасть. Много людей столпилось у сцены, и подпевало музыкантам, игравшим какую-то смутно знакомую музыку. Кто-то еще зажимал девок по углам, но абсолютное большинство сидело за столиками или у барной стойки и выпивало. Именно у стойки, как ни странно, Сидорович нашел три свободных стула и махал рукой сильно отставшему Олегу.   
    Но тот пока не спешил догонять друга и торговца. За одним из столиков сидели четыре человека: двое играли в карты, а остальные, видимо, уже вышли из игры. На их лицах читались азарт и веселье, но неожиданно один из игроков затрясся от злости и проскрипел:
    — Нет, не может быть… Ты что ж делаешь, сука? Жулик. Ты сжульничал!
    — Успокойся, приятель. Никто не заставлял тебя играть на свой участок. Я честно выиграл, а ты научись с достоинством проигрывать, — холодно сказал его соперник.
    — Заткнись и выворачивай рукава! – проигравший перешел на крик.
    —  Тебе лучше вести себя потише.
    — Хрена с два!!
    Буян схватил бутылку и опрокинул стол на победителя, а затем попытался броситься на него. Его схватил один из игроков, за что получил бутылкой по голове. Завязалась драка, но Олег увидел, что к месту событий уже спешат вышибалы, и решил уйти. За спиной он слышал, как ругающегося скандалиста вышвыривают за дверь.
    — Часто здесь такое бывает? – спросил он Сидоровича, садясь на стул рядом с ним.
    — Случается. Сам виноват. Нахрена полез играть, если не умеет? Из-за жадности, наверно. Я знаю его. Раньше неплохим сталкером был. Но кому сейчас они нужны?
    Сидорович заказал себе пиво, а друзья виски со льдом.
    — Я угощаю, — сказал торговец. – Ну, за знакомство.
    «Он ведь даже наших имен не знает», подумал Олег. «Хотя, ему, наверное, все равно».
    — За знакомство.
    Сидорович о чем-то беседовал с Толиком. Кажется о том, что глупо жалеть о прошлом и нужно извлекать выгоду из настоящего, но Олег слушал их вполуха. Он поглядел на свой бокал с виски, на скучающего у стойки бармена, на пьяных гуляк, развлекающихся кто во что горазд, но так и не смог найти отличий от своей жизни дома. Да, он слышал, что в Зоне стало безопаснее, но все же рассчитывал, что, приехав сюда, окажется в другом мире. Да, тут есть страшные и отвратительные на вид мутанты, но их даже немного жаль. Уж больно они напоминают голодных, уставших и потерявших волю к жизни животных из плохих зоопарков. Они будто заключены в невидимую клетку, из которой им не суждено выбраться. Ну, зато они теперь не убивают людей.
    Сидорович тронул Олега за плечо:
    — Я рассказал твоему другу о той аномалии рядом с вашим участком. Он заинтересовался. А ты что думаешь?
    — Прости, я не особо вслушивался. Чем так хороша эта твоя аномалия? — Олег решил послушать, что скажет торговец, хотя покупать дополнительный участок все равно не собирался.
    — Да тем, что она выбрасывает очень редкий и слабоизученный артефакт. Ему еще даже названия нет. Поэтому его у вас с руками оторвут!
    Олег подумал, что торговец сильно опьянел, раз думает развести их таким дешевым способом. Он уже собирался сказать ему об этом, но его неожиданно опередили:
    — Хорош брехать, Сидор! Та аномалия, о которой ты говоришь, вполне себе изучена и выбрасывает галлюциногенные артефакты. Их можно продавать наркошам, да только бизнес это опасный, потому никто и не покупает этот участок.
    Олег повернулся на голос и увидел мужчину, сидящего справа от Толика и смотрящего на торговца прямо-таки волчьим взглядом.
    — Тебе-то по чем знать? Из салуна не вылезаешь, бухаешь изо дня в день, — взвился Сидорович.
    — Сталкерское чутье не пропьешь, — произнес незнакомец.
    — Ну-ну. Хрен с тобой, сталкер. А вы, не хотите покупать аномалию, как хотите, — настроение торговца резко упало. Он поднялся со стула, буркнул, что будет ждать друзей утром, и ушел.
    — Что, неужели эти артефакты используются только как наркотики? — разочарованно спросил Толик.
    — В основном. Но некоторые верят, что он показывает будущее. Гнилое оправдание, как по мне, — пробурчал сталкер.
    Толик почесал голову:
    — Черт его знает. А я заинтересовался. Пожалуй, куплю я эту аномалию.
    — Твое дело.
    Олег решил задать сталкеру вопрос. Тот, очевидно, не в лучшей форме, но о Зоне должен знать много.
    — Так вы в Зону больше не ходите? Можете что-нибудь рассказать о ней?
    Ответ последовал незамедлительно. Незнакомец будто хотел выговориться:
    — Что ты называешь Зоной? Это? Нет. Зона — это смертельная опасность, к которой привыкаешь как к наркотику и жить без которой не можешь. Зона — это выбросы, которые уничтожали все живое, что не успело зарыться в норы. Мой друг Крот говорил: "Гляди как бесится, чертовка. Это она хочет, чтобы я ее в очередной раз нагнул и отымел как следует". И ему всегда это удавалось: вояки не могли его прижать, у мутантов не получалось его сцапать, он всегда находил самые дорогие артефакты. Но в один день  это все кончилось. Его накрыл выброс. Он не успел спрятаться. Но это было нормально. Потому что это — Зона. А сейчас? Где выбросы? Где? Один этот хренов бесконечный дождь! Я что, должен бояться ноги промочить теперь? Дерьмо. Я бы так сейчас сказал: Зона плачет. Но почему? По кому?

                                                                                            ***

    — А вот и ваш участок, — тихо произнес проводник, направляя химеру к двум аномалиям, огороженным ярко-красной лентой.
    Словно решив покрасоваться, аномалии тут же устроили светопредставление. Электра образовывала замкнутый круг, в центре которого находилась жарка. Разряд тока шел по кругу, отбрасывая искры, и, когда достигал горячего воздуха жарки, вверх вздымался высокий столб пламени. Шум при этом стоял невообразимый. У Олега даже екнуло сердце.
    — Вот это да, — прогудел Толик. — Артефакты добывать будет совсем не просто.
    — Ничего, привыкните, — обнадежил извозчик. — Главное не расслабляться, всегда быть настороже. Ну, а потом уже все на автомате делать будете.
    Рядом с участком находилась небольшая деревянная изба, в которой друзьям придется ночевать, есть, хранить инструменты и укрываться от дождя все ближайшее время. "Не бог весть что. Хорошо бы ее расширить в будущем, а то для двоих явно тесновато", подумал Олег.
    Проводник слез с повозки и сказал:
    — Ладно, вы осматривайтесь, а я пойду. У меня у самого участок здесь, так что может зайдете как-нибудь?
    — Непременно. Спасибо, — улыбнулся Толик.
    Проводник ушел. Химера легла на мокрую землю и, кажется, уснула. Олег огляделся вокруг. В поле зрения было лишь два занятых участка с какой-то гравитационной и огненной аномалиями. Совсем рядом находилась их свежеприобретенная аномалия. На первый взгляд в ней не было ничего необычного: просто очень высокое голое черное дерево. Но у Олега вдруг возникло непреодолимое желание пойти и поизучать это дерево поближе.
    — Эй, Толя, пойдем посмотрим на нашу новую аномалию.
    — Ты иди, если хочешь. А я пока разберу вещи.
    — Но ведь это ты ее купил.
    — Поверь, я еще успею на нее наглядеться.     
    — Ну, как знаешь.
    В новых сапогах ступать по грязи было значительно легче, но все равно неприятно. Олег шел не спеша, но дерево почему-то вырастало перед ним все больше и больше, словно он несся к нему со всех ног. Очень странно, с участка оно не казалось настолько уж большим, да и идти до него всего ничего.
    Олег не планировал подходить близко, но каким-то образом оказался прямо под далеко раскинувшимися голыми ветвями. «Это дерево совершенно точно окружает какая-то пространственная иллюзия. Лучше отойти от него подальше».
    Капли дождя падают все медленнее, некоторые словно застывают в воздухе. Но вот с черной ветви срывается крупная капля и очень быстро падает вниз. Ноги перестают слушаться, почти не двигаются. Капля падает на зонт, но он ее не останавливает, она проходит сквозь ткань. Олег чувствует, как что-то ударило его по голове, а потом проваливается во тьму.
    Пробуждение оказывается болезненным. Я хочу убежать, но не могу двигаться, мокрая земля держит крепко. Парализованные руки раскинуты в стороны. Я что, распят? Гигантские тяжелые капли бьют по ним и вот-вот грозят сломать. Скорее бы, это прекратит мои страдания. Я стою под самыми облаками и все вижу. Хочу закрыть глаза, но не могу. Я вижу, как моя мать страдает. Она все усиливает дождь, надеется в нем захлебнуться. Ничего, осталось потерпеть совсем чуть-чуть. Я вижу, как тела последних моих братьев сжигают на огромном костре. Хорошо, что они давно ничего не чувствуют и могут молча с достоинством принять смерть. Я вижу, как мои сестры все больше чахнут под струями ливня и, наконец, растворяются в воздухе. Они не страдают, но наша мать страдает за всех нас. Ее тело испещрено длинными дорогами, домами, почти достающими до моей макушки. Люди снуют повсюду на своих машинах, спешат урвать последний кусок. Но осталось немного. Скоро мать умрет и тогда дождь кончится.
    Олег открыл глаза. Ему показалось, что он упал в обморок. Но нет, он крепко стоит на ногах. Просто на секунду в глазах потемнело, но сейчас все в порядке. Парень посмотрел вниз и увидел, что у ног лежит крупная окаменевшая капля. Это она, упав на него, вызвала видение? Похоже, он увидел то, что произойдет в будущем. Конечно, рано или поздно это должно случиться. Доить Зону бесконечно не получится. Так что, никаких приключений, опасности и риска. Пожалуй, стоит подзаработать как следует на продаже артефактов, да уехать восвояси. Или сделать это еще раньше, когда станет скучно.

0

20

ВНИМАНИЕ!

С милостивого разрешения Конунга судють все, и с допуском, и без — дабы демократия и прочее.

0

21

ну буду первой пожалуй)

имхошное ИМХО

вот такое моё мнение:(авторы, не обижайтесь на меня пожалуйста)
если честно — расстроилась и разочаровалась( Такая классная тема, есть где пофантазировать, поинтриговать. Перечитала работы несколько раз — ну нет интрижки, заманухи, нестандартного захватывающего сюжета. Больше похоже на зарисовки, размышления на тему.

Номер 1: О дожде — только несколько фраз в конце истории, нет связующей нити, канвы, подводящей к финалу
Номер 2: Почему дождь — да. объяснили, но тоже как-то между делом. очень сумбурно само изложение истории, в некоторых местах приходиться изрядно напрячь мозг, чтобы вникнуть в происходящее
Номер 3: Порадовал сменой декораций, правда дождь, как показалось, немного притянут к сюжету, потому что так надо по условиям конкурса, есть небольшие шероховатости в тексте.

Места: 1 место — №3
2 место №2
3 место №1

0

22

Старенький кряхтельник написал(а):

ВНИМАНИЕ!

С милостивого разрешения Конунга судють все, и с допуском, и без

*Дикобраз делает реверансы Конунгу, как шведский посол из "Иван Васильевич меняет профессию*)
--

Ну что, Абр...

...говорил-же тебе, пойдем лучше стописят выпьем... Ведь согласился сначала... И вот пожалуйста. Зная, как ты можешь писать, нонешний твой рассказ получился, мягко говоря, не очень. Слабенько получился. Времени, наверное, слишком мало выделили. И это еще не считая того, что Ренсон откровенно схалтурил (опять-же сужу на основании прошлых произведений Ренсона).
А вот третий рассказ получился вполне себе ничего. Правда, так и не раскрыта тема причины постоянного дождя в Зоне.
В общем:
2 место — Эпитафия Зоне
3 место — Наёмник
4 место — На дуель

1 место — никому (ну, или мне)

ЗЫ Сужу на основании того, что "Наемник" писал Енот, а "На дуэль" — Ренсон. Ну мне так кацца.)

0

23

Нда-с. Так надо писать по теме или прокатит читерство голимое?

0

24

Эри, тзнки за участие, хотя, с сердцем написано :(
У тебя всё пучком?

0

25

Ну и класс. Я там тебя пощипал немного

0

26

В понедельник объявляю результат. Так что активнее, господа, журим!

0

27

На дуель
Если не считать ряда вопросов по построению фраз в тексте — вроде ничего.
Тема дождя малость скомкана, но, в принципе, допустима. Неплохая находка — "перекличка" тем из Сталкера-игры и Сталкера-Кайдановского, если позволено такое вольное определение... )))
Про "омоложение" уже было в какой-то книге из серии "СТАЛКЕР" (не помню название — Школьники пошли в Зону. Искать прибор какой-то...).

Наемник
С точки зрения грамматики — не без греха. Да и по самому изложению есть вопросы.
И да... Почему дождь? Я не совсем понял. Не пробился мыслью сквозь литературные рулады. Уж извините...

Эпитафия Зоне.
На фоне двух предыдущих, более удачное произведения. Причина дождя вроде бы определена, но есть и некоторые имхошки.

Первый — Эпитафия Зоне.
Остальные два — не первые...

0

28

Короче, обосрался Дед с конкурсом.

Рассказы:
Ренсон
Абр
РемкаakaHugin

Как по мне, довольно равнозначны.

Но...

ГДЕ ТА МОЛОДАЯ ШПАНА, ЧТО?..

0

29

Это типа все что-ли? Подведение итогов такое?

0

30

Ремка, не обижайся на старика. По голосам — твой рассказ победил. Просто конкурс действительно не выполнил своей задачи — сражались старички, да еще и знакомые с друг дружкой немерянно годков.

0


Вы здесь » Чернильница » Колизей » Есть задумка